— Не понимаю, и все тут! Как ты можешь быть таким равнодушным к родному брату, таким жестоким…
Ну приехали…
И надо же именно в этот момент в дверном проеме кухни показаться моей русалке. Снежана заходит в комнату с еще влажными после душа волосами, замотанная с ног до головы в коричневый банный халат.
— Здравствуйте, — тихо лепечет.
— Что она здесь делает? — тут же взвивается мать.
Этот ее вопрос выхлестывает меня окончательно.
— Она тут живет! — резко осаживаю родительницу."
"— Ах так… — мать упирает руки в боки.
— Неужели совести у вас нет никакой? Вагана там чуть до мяса не избили, а они тут живут вместе, пирожные трескают…
С этими словами она вдруг хватает коробку с купленными мной корзинками, секунду примеряется и, еще до того, как я успеваю ее остановить, швыряет их в Снежану.
Моя драгоценная умудряется увернуться, охает, прячется за дверной проем.
— Каролина, очнись! — рявкает отец. — Успокойся…
— Снежана-то тут при чем? — я кричу на мать. — Она никого не била!
— Она могла бы и смолчать, не выносить на люди всю ту грязь… — шипит мать.
— Тогда бы не было ничего!
Неожиданно Снежана показывается перед моими родителями и отвечает звенящим от напряжения голосом:
— Я молчала пять лет! И что хорошего из этого вышло? Он над другими издевался… Неужели вам никого, кроме своего сыночка, не жалко? Он изверг!
— А ты на меня не кричи! — взвивается мать. — Мала еще на старших кричать, ишь ты праведная какая… О других она заботится. Ты сына роди, воспитай, а потом умничай, кого и когда матери должно быть жалко.
Не стыдно тебе такое мне говорить?!
Она бросает все это Снежане в лицо и резко подается в ее сторону.
Но я успеваю загородить собой Снежану, рявкаю на мать:
— Успокойся! Не смей ее трогать.
Тут подключается и отец, он обхватывает мать за талию, тащит в противоположную сторону.
— Каролина, пойдем… Я говорил, не надо было приходить.
С этими словами отец утаскивает мать из квартиры.
Я же остаюсь со Снежаной на кухне, обнимаю ее и…
Даже не знаю, что сказать.
Извиниться за мать? За себя? За то, что у меня такая семья уродская?
В результате так и не решаю, что сказать.
Молчу, как идиот.
Прижимаю Снежану к себе, глажу по мокрым волосам и силюсь придумать, как хоть чуть-чуть сгладить эту паршивую ситуацию.
— Барсег, поехали в Москву, а? — просит Снежана чуть не плача. — Я домой хочу!
Ну вот и все.
Закончилась моя сказка.
Глава 49. Дома, да не там
Снежана
Нет, так жить невозможно…
Это же не мужик, это тайна за семью печатями.
