Что за жизнь ждет ее без аттестата? Кем она станет по жизни? Поломойкой? Официанткой в придорожной забегаловке? Или того хуже…
— Стас, прекрати! — вскинулся Евгений. — Ладочка не настолько бесшабашна, чтобы не понимать значимости образования.
— И именно поэтому она не появляется в школе уже больше недели, не правда ли? — огрызнулся Станислав. — А все твое либеральничанье. Забыл, как Лариса умоляла тебя вернуть девочку? Как мы в два голоса предупреждали тебя о том, что твои поблажки доведут ее до беды? Забыл, как сам два дня назад притащился ко мне в невменяемом состоянии и умолял найти детектива, который сможет отыскать твою дочь? Только вот поздно спохватился.
Ладочка теперь неизвестно где. И все по твоей вине!
— Кто бы говорил! — взвилась Лариса. — Не ты ли первым кричал: Ларочка, не будь параноиком, не дави на дочь! Дай ей перебеситься. Вспомни себя в ее возрасте. А теперь вон как заговорил! Что, перебесилась Ладочка? Где она теперь? Где, я тебя спрашиваю?
Гуров взирал на компанию разбушевавшихся родственников с выражением стоика.
Пусть покричат, выпустят пар. В их состоянии это только на пользу. Мария же места себе не находила. Она комкала в руках салфетку и время от времени пыталась вклиниться в спор.
— Послушайте, не нужно так кричать. Ведь еще ничего непоправимого не произошло. Лева вам поможет. Ведь правда, Лева, ты им поможешь?
Но ее никто не слушал. Мужчины вскочили с мест и, как бойцовские петухи, наскакивали друг на друга, не решаясь перейти к открытой драке. Лариса выкрикивала обвинения в адрес обоих, перемежая обвинения всхлипами.
Минут через пять взаимные упреки пошли на убыль. Мужчины заняли свои места. Лариса закрыла лицо руками, не желая видеть окружающих. Гуров решил, что пришло время вмешаться.
— Итак, восемнадцатилетняя девушка не появляется в школе на протяжении недели, — спокойно произнес он. — И на этом основании вы решили, что пришло время перейти к решительным действиям. Я все правильно понял?
— Простите нас за эту неприятную сцену! — Станислав первым пришел в себя.
— По всей видимости, сказалось напряжение последних дней. Да еще этот алкоголь.
— У вас есть более веские основания для беспокойства, кроме того, что девушка неделю не ходит в школу? — проигнорировав извинения, спросил Лев.
— Что вы имеете в виду?
— Жизни девушки что-то угрожает?
— Если и так, нам об этом ничего не известно.
— Вы общались с ее одноклассниками? Интересовались, где она может быть?
— Да. Я ездил в школу, — ответил Станислав.
