Для прощения потребуется время, однако новый мир уже становится реальным, обретает зримые контуры.
— Знаешь, я соскучилась по родным, — решаю больше ничего не откладывать. — Да, между вами натянутые отношения, но думаю, сейчас хороший момент, чтобы рискнуть, наладить контакт. Может, мы позовем моего папу? Олега? Я не настаиваю на тесном и доверительном общении, но мы хотя бы положим начало.
Тяжелая тема.
Я не способна предугадать, как именно мои близкие отнесутся ко всему. Они безумно любят меня. Значит, и моего ребенка полюбят.
Если смирятся с тем, кто является его отцом. Если признают наш союз.
Разговор в больнице показал, что мой папа ни капли не доверяет Рустаму. И осудить подобное отношение трудно. Призраки прошлого не отпускают.
Проклятье. Почему я такая трусиха? Почему не задала Рустаму тот самый вопрос?
Горечь переполняет изнутри. Опять медлю и не отваживаюсь шагнуть во тьму. Сейчас не хочется омрачать ясный день, не хочется сгущать краски. Но однажды я должна узнать, как именно погибла моя мама, где она похоронена.
Последние фрагменты надо свести воедино.
— Ты права, — произносит Рустам. — Я тоже думал об этом. Посмотрим, что можно сделать. Но сперва — мой сюрприз для тебя.
Муж отпускает меня, позволяет встать на ноги, однако из кольца сильных рук не выпускает. Медленно стягивает повязку и отбрасывает в сторону.
Я улыбаюсь, глядя в бездонные черные глаза. Если честно, сейчас даже никаких сюрпризов не хочется. Мы вместе. Рядом. Что еще нужно?
Осматриваюсь вокруг. Оборачиваюсь, верчу головой, изучая окружающий пейзаж.
Сразу же убеждаюсь в правильности собственной догадки.
Мы посреди моря. Только на чем? Площадка, на которой находимся настолько просторная, что складывается впечатление, будто мы плывем прямо на ней.
Сосредоточившись, изучаю все более внимательно и осознаю, мы находимся на борту гигантской яхты. Сперва даже кажется, это вообще настоящий корабль. Стоп, а может, реально корабль? Я не слишком хорошо разбираюсь в суднах. Кто знает?
— Важный вопрос, — говорит Рустам.
И вдруг опускается на колени передо мной. Не выпускает ладони из своих горячих пальцев, не позволяет отвести взгляд. Держит. Очень крепко. Во всех смыслах.
— Будешь моей женой?
— Но мы, — запинаюсь, растерянно улыбаюсь, стараюсь не замечать, как мое сердце гулко бьется о ребра. — Мы ведь давно расписались.
— Церемония прошла не слишком удачно, — криво усмехается он. — Вот я и решил исправить ошибки. Сегодня нам точно никто не помешает.
