— Что сказал врач?
— Всё нормально, — ответила я, с благодарностью приняв чай, приготовленный мамой. — Растяжение. Мазь выписали, помажу пару дней и все пройдет. Больничный дали на три дня.
— Очень хорошо. Я так переживала, — вяло улыбнулась мне она. — Давай мне рецепт, я сейчас съезжу в круглосуточную аптеку.
— Мы уже все купили, ма, — ответила я и еще отпила чая из чашки.
— Вот как, — ответила она и поджала губы. Кажется, скоро начнутся неудобные вопросы. — Тогда обязательно намажь на ночь.
Хочешь, я помогу тебе?
— Нет, я сама справлюсь. Ты иди, отдыхай, время позднее.
— Угу, — отозвалась она. — А это был твой тренер, да?
Занервничала. А вот и вопросы…
— Да, мам.
— Он привез тебя сам. Почему? — вгляделась она в меня.
В желудке вдруг стало холодно. Мама не может знать, что я уже не могу не думать о Камиле, но все равно её интерес к нему смущал.
— Потому что переживал. Ведь он отвечает за нас. Боится, что вы с папой потом обвините его.
Но он не виноват. Я сама оступилась.
— Ну да, понятно, — ответила мама. — Кстати, о папе… Повезло, что сегодня он в отъезде. Если бы он увидел эту машину, за рулем которой однозначно кто-то слишком взрослый для тебя, был бы скандал.
— Знаю, мам, — сказала я своим коленям. — Значит, сегодня мне повезло.
— А завтра не повезет, и что? — укорила она меня. — И долго ты собираешься бегать по лезвию ножа?
— Пока не пройдут соревнования.
— Соня-Соня… — удрученно покачала она головой.
— Ма-а-а, — глянула я на нее. — Ты обещала.
— Да я ничего не скажу, — отмахнулась она. — Просто переживаю. Ведь рано или поздно всё равно вскроется правда.
— Тогда и решим как быть. Извини, мам, я очень устала. Поможешь до комнаты дойти?
— Конечно, милая. Идём.
Мама проводила меня и ушла к себе. Я осторожно стянула с себя джинсы, носки и белье и залезла под горячий душ. Вода немного уняла боль в ногах от усталости и травмы, и из душа я уже шла, чувствуя себя живой.
Взгляд упал на пакет, который я бросила на кровати. Надо же ногу намазать. Села на край матраса и вынула из пакета мазь, которую мне купил тренер. Так и осталась сидеть с тюбиком в руке, словно он какой-то особенный. Вспомнила, как Камиль мне его купил — молча, не спрашивая, просто купил и всё. И пусть эта забота лишь педагога, но всё равно на губах заиграла улыбка. Какой же он… Замечательный.
