— Девушка, вы с рейса триста сорок два? — спросил чей-то голос.
— Да, — повернула голову и увидела водителя автобуса.
— Так показывайте билет и садитесь. Автобус отправляется.
Камиль протянул ему мой билет, а я не справилась с собой — обняла за талию, уткнувшись в его грудь носом. Вдыхала запах, пыталась надышаться им, хотя, конечно, это нереально. Мне всегда его будет мало. Он на мгновение прижал меня к себе и тоже втянул в лёгкие запах моих волос.
Ненавижу прощаться. Ненавижу вокзалы. Ненавижу автобусы.
— Иди, Соня, — сказал Камиль.
— Береги себя.
— Я всегда буду вас любить, мой тренер, — сказала ему сквозь слезы.
— Автобус уедет без тебя.
Моё признание он оставил без ответа. Опять. Больно. Ведь я каждый раз чего-то жду, хотя прекрасно знаю, что ждать нечего. Заставила себя отпустить его и ступить на ступени автобуса. Шаг, ещё шаг, а я все дальше от него. Мне кажется, заставить себя сесть и уехать — это самое тяжёлое, что мне приходилось переживать вообще в этой жизни. Но так правильно.
Так должно быть. Это не наша история любви, её не должно было существовать.
Автобус выехал со станции, оставляя Камиля и мою прошлую жизнь, оставляя меня саму там, в небольшом городке, на базе отдыха в сосновом бору.
* * *Несколько часов дороги смотрела в одну точку. Даже не заметила как часть пути осталась позади. На одной из остановок позвонил Камиль. Сердце пропустило удар, а потом понеслось вскачь, когда я увидела входящий от него.
— Да, — ответила я.
— Зайцев нашёлся, — говорил он в трубку.
— Звонила его мама, он дома. Я подумал, что ты захочешь знать.
На душе действительно стало легче, что выходка Дениса Камилю ничем не грозит.
— С ним все в порядке?
— Да, все нормально. Не переживай.
— Теперь не буду.
— Успокойся. Всё хорошо.
— Постараюсь.
— Ну ладно. Удачно тебе доехать. Маму не забывай, приходи. Она так любит тебя. Я почти ревную.
Мягко рассмеялась в ответ. Иногда тренер бывает таким милым.
— Обязательно буду приходить. А я все хотела спросить — как же она у вас болеет и одна?
— Она не одна.
Я нанял ей сиделку, и приезжаю, когда есть возможность. Точнее, прилетаю. Мне приятно, что ты тревожишься о ней."
"— Да ну что вы, — смутилась я. — Она меня тренировала с самого детства. Как я могу не переживать о ней?
— Вот и заглядывай почаще. И мне спокойнее будет, что маме не так одиноко.
— А почему вы её к себе не заберёте? В Москву.
— Да я пытался. Не хочет. Упрямая!
Мы говорили с ним, словно старые друзья.
