Артур тоже был на танцполе со своей рыжей спутницей. Тоже танцевал. Интересно, их этому в детдоме учили или такое чувство ритма у него врождённое?"
"Эдик приобнял меня сзади и положил ладони на мои бёдра. Ну и пусть. Он что-то жарко прошептал мне на ухо, но из-за громкой музыки я не разобрала, что именно, а потом прижался горячими губами сбоку шеи.
Это немного разогнало морок, и я захотела оттолкнуться от него, высвободиться, но именно в этот момент поймала острый взгляд Артура.
В нём было столько презрения и даже какой-то ненависти.
Только за что? За то что посмела не попасться на его удочку? А точнее попалась почти, да сорвалась.
Громкий бит до гула в грудной клетке, алкогольный туман, вспышки стробоскопа и яд этого взгляда совсем вскружили голову, и моё сознание почти поплыло. Почти – потому что уже через несколько секунд оно действительно стало вязким и плывущим – когда Артур прижал к себе эту рыжую и поцеловал её. Страстно, глубоко, сексуально.
Было ощущение, что мне куда-то в позвоночник вставили спицу, она пережала нерв и ноги стали слабыми.
Я выдохнула с болью за рёбрами, а потом прикрыла глаза и откинула затылок Эдику на плечо.
Были ещё коктейли, ещё танцы и ещё Эдика руки на моём теле. Я больше не чувствовала себя легко и весело. Голова кружилась, внутри горело, а тело будто не признавало мой собственный контроль. Меня шатало. Танцевать уже не хотелось.
– Давай уедем, – шепнула я Эдику, и он отозвался с энтузиазмом.
– Подгоню машину.
Он отошёл, а я оглянулась в поисках Ритки.
Она танцевала с Петром. Что ж, она его давно приметила. Вот только Ритка обычно глаз кладёт на парней совсем другого социального уровня.
Вернулся Эдик, взял меня под руку и повёл к выходу. Хорошо, что он меня придерживал, потому что самой идти было очень сложно. Свежий воздух немного прояснил сознание, но я мне всё равно было нехорошо.
Он посадил меня на переднее сиденье и помог пристегнуться. Обошёл машину сам и едва только успел сесть на водительское, как внезапно сзади дверь тоже распахнулась.
Послышался женский смех, а потом и знакомый голос:
– Мы доедем с вами, ребята. Вы же не против?
Меня хоть и вело, но тем не менее я обалдела от такой наглости и вседозволенности. Но ещё больше, кажется, обалдел Эдик.
Артур затолкал на заднее сиденье свою спутницу, обдавшую салон запахом сладких духов и алкоголя, а потом умостился и сам, развалившись.
– Вы по домам или ещё тусануть собираетесь? – пьяно и развязно протянул он.
