– Ну ты опять?
– Ну а что? – он развёл руками. – Если ты балбес…
С Пашкой я поделился около месяца назад. Сильно уж кипело в груди, жгло до изнеможения. Обида душила, желание растереть сучку в порошок после этого её “не моего круга”. Да хер я клал на этот весь круг богатеньких задротов.
Другое в кровь раздирало – ошибся. Объебался по полной. Разных девок видел, но как ни крути, какую бы невинность из себя не строили, стерв всё равно чувствовал издалека, и на бабские штучки не вёлся. Поэтому с Риткой был – искренняя она была.
Прямая как дубина и без двойного дна.
А тут напоролся. Да так, что в самое сердце. Размотыляло по всей грудной клетке кусками мяса его, размотало. Жгло и горело так, что хотелось дверь в комнату её снести и сделать с ней то… чего делать нельзя было.
И тогда я пришёл к брату. Рассказал ему, потому что кому ещё я могу доверять? Без особых подробностей, естественно. Но он, вместо того чтобы сказать какая она сука, головой только покачал и балбесом назвал меня.
Ну а кто я ещё, если повёлся?
Но ничего.
Взял себя в руки. Забетонировал внутри этот мандраж по ней, закопал поглубже. Главное не думать, игнорировать и давить на корню любое желание посмотреть на неё за общим столом в кухне дольше трёх секунд приветствия. И не оставлять себя без дела, чтобы мысли не бродили в пустой голове.
Месяц прошёл. Ещё чуток и совсем отпустит. Я работаю над этим. Вот как раз сегодня, к примеру, нас с Петькой братья Бондаренко из команды позвали в клуб.
Поболтав с братом ещё около часа, я поехал домой.
Перед ночной тусовкой надо было бы пару часов подремать.
* * *– Глянь, какая тёлка, – Валик перегнулся через перила полуторного этажа клуба, глядя на вход в основную зону. – Я бы вдул.
– Да ты бы каждой мимо проходящей вдул, спермотоксик, – покачал головой его брат Лёха – такая же громоздкая, но более спокойная версия Валика.
Близнецы Бондаренко – наши командные фланговые защитники, парни с неуёмной фантазией и таким же неуёмным либидо. Особенно Валик. А ещё они простые в общении и открытые, замечательные товарищи, на которых можно положиться.
Они нас с Петкой первыми в команде приняли. Оно понятно, что большинство насторожённо отнеслось к детдомовским, а Валик с Лёхой в первую же треню повели себя так, будто мы с Петей им уже давно свои.
Мы даже пару раз ночевали у них после тусы, когда дежурила стрёмная воспетка, чтобы не палиться.
– Петруха, пошли закадрим. Что-то Лёха сегодня ску-учный, – протянул Валик. – Турик тоже морду скривил.
