Но как блядь приказать собственному телу и мозгу остаться за чертой? Где взять силы проигнорировать тот жар, что пулей устремился вниз живота, а потом распространился по всему телу так стремительно, будто по растёкшемуся бензину побежал.
Я чувствовал, как она окаменела на мгновение, а потом задрожала как осиновый листок. Чувствовал, как где-то очень глубоко пульсирует тёмное желание слететь с катушек, насладиться ею, забить на всех и на всё. И будь потом что будет.
Не пикнет ведь даже. Потому что или я, или он.
Разъедающий ядовитый всплеск, который я подавил, сцепив зубы. Морок, который посмел высунуть нос под воздействием алкоголя и её одуряющего запаха.
– Чёрт, Тур, где ты взялся, блядь? – я видел, что Потап совсем не хочет так просто отпускать свою добычу. – Тебя не было два года. Тут многое поменялось.
Остальные молчали. Боялись его. Боялись меня. Когда-то мы с Тохой дружили, но он прав – за два года всё изменилось.
– Футбол, тёлки с центра, шмотки, за которые хороший мотык купить можно.
Не сильно ты наш какой-то уже.
Он поднялся, я тоже. Ника встала сзади и вцепилась своими пальчиками, ледяными от страха, в рукав моей рубашки.
– Перед всем этим, Тоша, ты пропустил в моей биографии два года детдома. Пока ты у мамки под сиськой сидел, мне вот где своим стать пришлось. Знаешь, это не так и просто.
Потап сцепил челюсти и напрягся. Ему было стыдно затевать со мной драку из-за тёлки, и он лихорадочно искал повод. И всё бы ничего, но Нику мне отсюда надо было увести.
И поскорее.
– Но ладно, – я перехватил ладонь девчонки. – Навязываться я не привык, так что мы пойдём.
* * *Николь
Ни жива ни мертва я стояла за его спиной и едва дышала от страха. Чувствовала напряжение, которое исходило от Артура, видела, как взбугрились его мышцы под рубашкой, как быстро билась жилка на шее.
Он снова ухватил мою ладонь, крепко сжал и уверенным спокойным шагом пошёл к выходу. Остальные молчали. И Потап, этот жуткий тоже, но я видела, что он невероятно взбешён.
Казалось, ещё секунда и бросится за нами."
"Но Артур молча продолжал идти, а я покорно следовала за ним, чуть дыша и молясь про себя, чтобы нам дали уйти. Чувствовала, что он на меня зол, но с этим мы потом разберёмся. Мне, между прочим, тоже было что сказать ему. Но не сейчас, естественно.
Мы вышли за дверь, а потом и за ворота. Прошли мимо одного двора, второго, но Артур будто и не собирался сбавлять шаг.
