– Не хочу снова наступать на те же грабли, – голос дрогнул от обиды, потому что в голове всплыли будто вырезанные острым стилусом на сердце обидные слова, которые я подслушала в ту ночь.
– Ника, – он сделал шаг ко мне, и я снова отступила.
– Тебе лучше уйти, – я вздёрнула подбородок.
Не готова была, не хотела опять напороться на вилы и потом загибаться от боли. Я не верила ему. Он сегодня так же самозабвенно целовал другую в клубе, а сейчас, наверное, она звонила ему, чтобы напомнить, что уже заждалась, пока он там оттащит домой свою пьяную сестрицу.
– А то зачем тебе “гиблая хрень”, которую “нафиг не надо”, – сказала я с обидой, не сдержавшись.
Артур свёл брови и странно посмотрел на меня.
– Ты вообще о чём, Царевна? Головой, что ли, спьяну приложилась?"
"– Да-да! Я всё слышала, понятно? – предательские слёзы всё же выступили, как я ни старалась их сдержать. Внутри всё рвалось на части, алкоголь и его близость взбудоражили нервы и запустили какой-то неконтролируемый процесс. – Так что уходи! И вообще, тебя вон рыжая третий раз набирает, дождаться не может, видимо.
А у меня и без тебя всё прекрасно, понял? И с Эдиком всё серьёзно. И вообще, мы с ним хотим…
– Да понял я, понял, – сказал, будто выплюнул мне в лицо, резко поднял телефон, наклонившись, а потом развернулся и вышел быстрым шагом.
Я подбежала к двери, захлопнула её, а потом рухнула на кровать, уткнулась в подушку носом, вжалась, чтобы никто ничего не услышал, и разрыдалась. Эмоции, что весь этот месяц были крепко зашиты в груди, прорвало бурным потоком.
Они хлестали и хлестали, смывая на пути моё самообладание и самовнушение, что он для меня никто и я совсем в нём не нуждаюсь. Мне было так плохо и так больно, ещё хуже, чем в тот день, когда я услышала его разговор с Петром, что все внутренности будто сжимались, сдавливались, не давая ни вдохнуть, ни выдохнуть.
Было больнее, потому что за этот месяц совершенно не стало легче. Стало хуже. Значительно. Его близость, его игнор, его поцелуи с другой, а потом обжигающие губы на моих.
Это невозможно выдержать. Нереально. Может быть я слишком слабая, но для меня это слишком.
А я ещё и пьяна была. Зачем люди пьют и говорят, что хотят забыться? Алкоголь, как оказалось, вскрывает всё то, что как раз хочется забыть, вырвать из сердца, не думать.
Всё стало только хуже. Намного, намного хуже.
* * *– Ты серьёзно? – Ритка выкатила глаза. – Вот прямо замуж?!
Я закрыла лицо ладонями и потёрла глаза, благо, что они были не накрашены.
