Пытаюсь не слишком показать своё разочарование, увидев, что Соболев снова ушел, оставив на шезлонге серебристую зажигалку.
Подхватываю её и сжимаю в ладони. Обращаю внимание, что мой коктейль практически выпит.
– Тая, – восхищенно кричит Соня. – Ваня согласился! Согласился, представляешь?.. Вечером мы идем на дискотеку!..
Глава 4. Тая
– Привет, малышка. Одна тут отдыхаешь?
Оборачиваюсь на мужской голос и морщусь, будто увидела что-то тухлое. Потому что прямо передо мной взрослый мужчина лет так под сорок. Лысоватый и с внушительной трудовой мозолью на животе, как говорит мама.
А учитывая, что отцу в апреле исполнилось тридцать девять, подобное обращение, подкрепленное сальным взглядом, даже невзирая на внешность, выглядит для меня как что-то мерзкое и противоестественное.
– Хочешь коктейль?
– Нет, – грубо отрубаю и отворачиваюсь к бару.
Очередь к бармену движется крайне медленно, поэтому складываю руки на груди и озираюсь по сторонам в поисках Соболевых. На секунду зависаю, чтобы полюбоваться открывающимся передо мной видом.
Огромный подсвечивающийся бассейн, вокруг которого расставлено более полусотни столиков, ровно подстриженный газон и чудесная набережная.
– Меня Владимир зовут, – опять слышу сзади. – Можешь просто Вовой звать.
Полоски обнаженной кожи между светлой джинсовой юбкой и белым укороченным топом, кто-то касается, и я вздрагиваю. Пугаюсь, конечно.
– Привет, – нахмуривается Соболев.
Серо-зеленые глаза внимательно исследуют моё лицо.
– Привет, Вань, – с облегчением отвечаю и посматриваю на своего соседа.
Тот пьяно усмехается.
– Пристаёт? – играет желваками на скулах Иван.
– А? Нет-нет, – улыбнувшись ему, обращаюсь к освободившемуся бармену и показываю ему свой браслет. – Мартини Асти, пожалуйста.
Чувствуя на себе недовольный взгляд трезвенника Соболева, неловко выдаю житейскую мудрость:
– Кто не курит и не пьет, тот здоровеньким умрет.
Замечаю, как чуть обветренные, ярко-красные губы растягиваются в ухмылке. Его лицо словно озаряется.
– Ну-ну, – отвечает Ваня, наконец-то убирая ладонь с моей талии и размещая её в кармане черных спортивных шорт.
Становится чуть прохладнее.
Я забираю бокал с манящими взрывающимися пузырьками в шампанском и, отходя от стойки, не выдерживаю.
– До свиданья, дядя Вова, – прощаюсь с пузатым извращенцем.
Под дикий хохот бармена удаляемся из бара.
Стараясь не обращать внимания на взгляды, лавируя между столиками, покачивая бедрами.
– А где Соня? – спрашиваю Соболева.
