В прошлый раз я бегал по горам и иногда участвовал в засадах.
— Давно ты в «вагнерах»?
— Пару недель.
Они удивленно посмотрели на меня, видимо ожидая, что ими будет руководить более опытный командир.
— «Крапива» и «Скат» у нас опытные, — поспешил я их успокоить. — Я не стал ждать мобилизации, а сработал на опережение, чтобы не попасть непонятно куда. В общем, я ценю свободу и люблю сам руководить своей жизнью и поэтому самостоятельно выбрал куда пойду.
Мимика и выражение лиц, слушающих говорили о разных чувствах, которые я у них вызывал.
Мы сидели, пили чай и присматривались друг к другу. Я отметил для себя, что первичный контакт состоялся.
— Вот ты для чего здесь? — спросил я парня, который сидел напротив.
— Я? Сидеть мне было еще четырнадцать лет, а я хотел домой, к сыну, — неожиданно спокойно, размеренным голосом диктора телевидения, стал говорить он. — Примерно за месяц до того, как к нам приехали из «Вагнера», я услышал, что берут на войну. Я решил, поеду, чтобы освободиться быстрее и пользу Родине принести.
Может сделаю что-то такое, что многие будут помнить. И меня и мой подвиг.
А если повезет, то вернусь быстрее к своим родным и близким. И вот с таким решением, когда приехали, я записался к «вагнерам».
— А родные знают? — вырвалось у меня.
— Друг должен был сказать после моего отъезда. Наверное, сказал. Сам бы я не смог. Стали бы отговаривать и не отпустили бы на войну точно. Мама бы плакала.
Я удивленно посмотрел на него и протянул руку:
— Костя.
— Рома. Позывной «Абакан», — пожимая мне руку ответил он.
— Ну, будем считать, что познакомились, — сказал я и улыбнулся. — Есть какие-то провокационные вопросы ко мне?
— Да какие вопросы? Ты человек. Мы люди. Сработаемся! — за всех ответил «Сезам».
— Как устроились?
— Да нормально. Все по комнатам распределились кучками. Как обычно: кто кого знает. Один только потерялся, но я его пристроил.
— Потерялся? — запереживал я.
— Я час назад, часов в восемь, выхожу в коридор — вижу картину маслом: человек в углу, какие-то шкуры таскает.
«Ты кто и откуда?» — спрашиваю у него. «“Зэф”, — говорит. — Со Смоленска». Он просто этот — гепатитчик. И его бояться из-за этого. Я дальше к нему: «А че ты здесь?». А он мне:
«А где? Мест-то нет».
— Как это? — удивился я.
— У нас реально мест нет. Я в каждую хату зашел! «Возьмите, — говорю, — хер ли он в коридоре?». Все молчат. Говорят типа: «Не, у нас и так мест нет. Жопа к жопе». Я зашел к своим.
