Мда… То, что началось почти как насмешка, перепалка, а то и вовсе как спор с Торэтом, в результате приняло вполне себе реальную юридическую форму с правами и обязательствами сторон. Сэм постарался на славу.
На нескольких страницах мелким почерком мы торжественно обещали поддерживать и помогать, учиться и защищать. Вернее, эйр брал на себя обязательство оберегать меня и обучать всему, что необходимо лунному магу, а я должны была усердно заниматься, чтобы стать достойным, равным ему соратником. А еще мы соглашались не связывать себя узами партнерства с другими разумными, пока носим общую печать.
— Согласна?
Глаза высокородного хищно блеснули. Он обманчиво расслабленно откинулся на спинку кресла, следя за каждым моим движением из-под полуприкрытых век, и я каким-то даже не шестым — десятым чувством поняла: его вопрос относится именно к этому, последнему пункту. Не связывать себя узами партнерства с другими разумными…
Что ж, я, в принципе, и не собиралась этого делать.
— Согласна, но не со всем.
— Против чего же ты возражаешь? — лицо эльфа потемнело, он мгновенно напрягся, как перед прыжком, и подался вперед.
— Обязательства должны быть равными. Не только ты должен поддерживать и защищать меня, но и я тебя.
Присутствующие в гостиной девчонки одобрительно зашептались. Сэм неопределенно хмыкнул, но возражать не стал. А вот Торэт скептически вскинул бровь, словно спрашивая: ну, и как же ты сможешь меня, такого опытного и сильного, защитить?
Но я не отступала. Нет уж, партнерство — так во всем.
Несколько секунд мы молча сверлили друг друга взглядами, а потом, Берриан, пожав плечами, сдался:
— Хорошо.
И сделал пасс рукой, меняя в договоре нужные строчки.
— Теперь все, — я сосредоточенно следила за его действиями. — Где подписать?
— Подобные договоры заверяются магическими клятвами, — усмехнулся эйр.
Стремительно поднялся, шагнул ко мне, соединил наши руки, крепко обхватив мою ладонь пальцами — не вырваться — и четко, решительно произнес:
— Я, Берриан Торэт, старший наследник Лунного Дома…
Воздух в комнате ощутимо похолодел, завибрировал, наполнился магией.
Сглотнув, хрипло повторила:
— Я, Валерия Кольцова…"
"Казалось, время замерло, затаилось в ожидании того, что вот-вот случится, и, вдруг опомнившись, завертелось яростным смерчем. А в центре этой распахнутой в бесконечность воронки оказались мы с Торэтом.
— Клянусь жизнью, кровью, честью и даром… — падали в тишине, наливаясь силой, древние, как раса первородных, слова.
