В тесноте она прижималась ко мне, вздрагивала, когда прикасался, задерживала дыхание, когда проводил губами по её шее. А мне хотелось делать это снова и снова, чтобы вызвать ответ… усугубить… вырвать…
Не знаю, где я сорвался. Но вдруг понял, что Ася в моих объятиях, и я целую её. Так жадно, будто не был с женщиной лет десять. Кровь закипела в венах, и в штанах начался настоящий пожар.
А когда я ощутил дерзкий язычок Аси, то едва не слетел с катушек. Вжал её тело в своё, желая оказаться в ней прямо сейчас… И, судя по рваному дыханию женщины, но раскрасневшимся щекам и блестящим глазам, она бы не отказала.
Ладонь моя легла на стройное бедро, пальцами я медленно провёл по гладкой коже, приподнимая юбку до самых трусиков, обвёл рисунок кружев, поддел и…
Услышав щелчок, поднял голову и заметил круглые от изумления глаза водителя. Сергей точно понял, что я с ним сейчас сделаю, если он не растворится, и у него это почти получилось. Я пропустил извинения мимо ушей, а моя Ася задёргалась, словно птичка в силках.
Её попка так вызывающе вертелась на моём члене, что стон было сдержать почти невозможно. Ася пыталась вырваться, но делала ещё хуже. С каждым её движением я понимал, что не отпущу. Теперь точно нет. Но разжал руки — мы не подростки, чтобы заниматься сексом в машине.
Она шла впереди, а я не мог оторвать взгляда от округлых ягодиц. Как сексуально они покачиваются. И это не крепкая попка орешком, какую себе так отчаянно накачивала в спортзале Валя.
Линии тела моей переводчицы были, может, и несовершенными с точки зрения модных журналов, но я, глядя на обтянутую платьем фигуру, задыхался от желания.
А в голове стучала мысль. Третья группа крови. У ребёнка Аси третья группа крови! Моя чёртова группа! Неужели, это возможно? Неужели…
В паху болезненно тянуло, я ощущал себя так, будто пил не таблетки от сексуального возбуждения, а пачку виагры заглотил. Прижал Асю к входной двери сразу, как она положила пальцы на ручку.
Уткнулся лбом в прохладную панель над её головой, вдохнул запах волос. Женское тело трепетало в руках, и это заводило ещё сильнее."
"Развернул Асю, обнял, вжал в своё тело и впился в нежные опухшие от поцелуя в машине губы. Сладкая, такая мягкая, как взбитые сливки… Вкусная! Я исследовал языком её рот, находил чувствительные места и, посасывая, вторгался всё глубже.
Её стон едва не сбил меня с ног.
