Разве только за Лира. Как он отреагирует. С сомнением посмотрела на друзей, потянулась к листу.
— Лир не знает про ритуал и его цену? — улыбнулся Аран, начиная понимать, к чему я клоню. — И, похоже, наша храбрая русалка трусит и хочет, чтобы рассказал кто-то из нас?
Я виновато кивнула. Силадерь неожиданно хихикнула.
— Он тебя убьет, — прямо сказала она."
"— Пусть сначала наберется сил, — хмыкнул Аран, сверкая сапфировыми глазами. — Я скажу, Ари. Не переживай по этому поводу. Ты ему все равно любая нужна.
— Это точно, — улыбнулась Даринель.
— Ари, а ты покажешь нам Серебряный город? — спросила Силадерь.
Удивленно покосилась на Арана.
— Я им не рассказывал, Ари, — ответил он. — Не был уверен, что можно.
Я улыбнулась. Мы с Араном действительно научились понимать друг друга без слов. Неожиданно и приятно, пожалуй! Но друзья, конечно, хотели знать все-все-все, что произошло. Замерла я, только когда разговор зашел о Лире.
— Ари, расскажи, — тихо попросила Силадерь, мягко погладив меня по руке.
— Сестренка, я покажу вам попозже. Вы причиняете Ари боль, — сказал Аран, не сводя с меня глаз.
В горле снова появился ком горечи, разговор бередил раны, которые только-только начали заживать.
— Прости, — хором сказали подруги. — Давайте лучше позавтракаем!
Я улыбнулась и применила свою магию. Пока я была в Серебряном городе, сила раскрылась как невиданный цветок, возросла. Я уже не испытывала труда, когда ее использовала. Видимо, источник русалочьей магии помог окончательно освоить дар.
Но про нестабильность своей магии я все равно помнила.
Создала омлет с грибами, овощной салат и апельсиновый сок.
Друзья только ахнули от неожиданности. Но едва приготовились завтракать, как появились водяной и леший. Наобнималась с ними, растроганно всхлипнула от их искреннего сочувствия, когда Аран коротко, не вдаваясь в подробности, рассказал о случившемся.
Осторожно поинтересовалась, где Сирин, видя, что эльф так и не появился.
— Он отдыхает, дежурил до рассвета, — ответил Аран.
— Мы очень за тебя переживали, Ари.
Я благодарно улыбнулась, поинтересовалась у Даринель, как себя чувствует малыш. Дриада покраснела, Аран уткнулся в ее волосы, улыбаясь.
— Нам уже четвертый месяц. Будет мальчик. — В голосе Даринель слышались и радость, и волнение, и легкое смущение.
После завтрака я настояла, чтобы все пошли отдохнуть. Аран сопротивлялся такому предложению.
«Со мной ничего не случится. Поплаваю, силы нужны», — написала я.
