Только где ключи не знать! Я с мурлом не общаться!
— Какое еще мурло?
— Соседа моего. Это его мото.
— Ладно, ключи мне и не нужны, так заведу. Ничего там феноменального нет. Лишь бы «Ява» на ходу была.
Колеса оказались целы, правда, их подкачать бы не мешало, но иначе никак. Насос искать попросту некогда. Сорвал крышку, заглянул в топливный бак — немного горючки там еще плескалось. Ощутил характерный запах. Уйти хватит, а там как карта ляжет.
— Жди тут! — бросил я узбеку, а сам рванул обратно к Игнатьеву."
"Но выскочив из-за угла, я едва не столкнулся с женщиной в черной парандже.
Та взвизгнула, швырнула в меня какой-то кувшин, а сама шустро бросилась бежать. Удержать его я не сумел, то разбился прямо у меня под ногами. Догнать женщину было уже нельзя — впереди начиналась открытая площадка, там могут быть духи. А стрелять я даже не думал.
— Твою мать! — выругался я. Сейчас же она нас сдаст… Нужно торопиться!
Бегом рванул к остальным.
— Короче, время работает против нас! — запыхавшись, произнес я.- Нужно бежать.
Мотоцикл есть, даже с коляской. Но на нем максимум уедет трое, что делать остальным?
— Мы уже решили! Ты Громов, вместе с американцем и Сергеевым, едете на мотоцикле. Агента в коляску. А я с Парамоновым, забираю твоего узбека, переводчика и все вместе идем через перевал.
— Я покажу дорогу! — согласно закивал головой Ахмед. — Тропа через два километра выходит обратно в ущелье. Идти час, может больше.
— Нет, так не пойдет! — отозвался я. — Во-первых, у «Явы» полуспущенные колеса, троих она не потянет.
Максимум двух и то, в лучшем случае. Во-вторых, лучше я пойду пешком с остальными, а вы езжайте! — заявил я, глядя на капитана. — Будет куда лучше, если на базу агента ЦРУ доставит именно офицер разведки, а не какой-то ефрейтор, которого здесь и быть не должно!
— Уже закат, еще минут сорок и стемнеет. Громов, ты тут единственный с раненой ногой! Куда ты с ней через перевал? — заметил Парамонов, указав на мою ногу. Из-за свободной одежды душманов, там ничего не разглядеть. Но приподняв штанину, я увидел, что из-под грязно-белой медицинской повязки сочится кровь.
Да и болела она постоянно. Плохой знак, как бы заражение крови не подхватить.
— Верно, говорит! — согласился Игнатьев и тут же распорядился. — Все, решено! Громов, ты на мотоцикл, остальные идут пешком. Встретимся позднее в ущелье, главное живым выберись и американца довези. Там наши должны еще стоять. Агент важная шишка, он поможет понять, что они тут планировали с этими душманами.
