Одна «Р-159» находилась в командирской машине, в самом начале уничтоженной прямым выстрелом из РПГ. Вторая рация была у связиста, которого застрелили где-то в кишлаке. Печенкин не знал, уцелел ли майор Шишкин или капитан Игнатьев, что произошло с другими разведчиками.
Отъехав на безопасное расстояние, лейтенант дал команду развернуть оба БТР и держать ущелье на прицеле. Конечно, это не решение. Однако лейтенант был молодой, боевого опыта у него было мало. Тем не менее, он понимал, что просто бросить своих и уехать, никак нельзя.
Именно Печенкин был тем самым человеком, который дал команду «коробочкам» идти напролом к центру кишлака. Это решение хотя и было безрассудным, но оно же позволило вытащить оттуда пятерых раненых бойцов. Обе машины успешно покинули кишлак, но одна из них все-таки встала, когда случился пожар."
"Приказ лейтенанта Печенкина отступать, сейчас можно было расценивать с двух позиций. Первая — молодой советский офицер струсил, бросил своих под огнем противника и сбежал.
А с другой — если бы не этот решительный приказ, вообще никто из разведчиков бы не ушел. У душманов было как минимум пять или шесть гранатометов, пулеметы. Даже снайпер. Несмотря на то, что стрелки из духов не важные — две машины они сожгли, при этом несколько реактивных гранат прошли мимо. ГАЗ-66 просто расстреляли из пулемета.
В любом случае, как только уцелевшие выберутся и доберутся до авиабазы, будет проведено расследование… И еще не известно, что его ждет! Может медаль или орден, а может дисциплинарный батальон или позорное увольнение со службы.
Так прошло около часа. После возвращения командира отделения сержанта Иванова, он понял, что нужно что-то делать.
— Ковалев! Ко мне! — приказал он, взвесив все за и против.
— Я! — к лейтенанту подошел младший сержант со шлемофоном на голове. Он был механиком водителем БТР-60.
— Слушай сюда. Сейчас перегружаете всех раненых на твою «броню». Садишься за руль, берешь с собой Курцева и Рязанцева и максимально быстро двигайте на базу.
Расскажете там все, как есть. Скажете, что срочно нужна помощь.
— Уехать? Сейчас? — протянул тот. — Ну нет, я так не могу.
— Это приказ, а приказы не обсуждаются!
— Товарищ лейтенант, а вы? — Ковалев посмотрел на офицера неуверенным взглядом, затем мельком взглянул на остальных уцелевших разведчиков.
— А мы останемся здесь! — твердо заявил Печенкин, бросив быстрый взгляд в сторону ущелья.
