Пиздец как! Будто на машине времени прокатился в прошлое. Однако, ко второй половине дня, началу занятий по английскому, настроение рухнуло до отметки «совсем хреново».
Меня не брало ни декольте секретарши заведующего лингвистическим центром. Рембрандтовское! С полуголыми «четверочками», между которыми можно было успокоить душу. Не вставлял кофе — спать хотелось просто адски. Бесили довольные хари учащихся и длина Полиной юбки.
Ума не приложу, как протянул три пары. Хотелось выгнать всех к ебеней матери из аудитории, разложить одну упрямую училку на столе и завершить начатое вчера.
Внутри все так и требовало пополнить категорию «проказников».
Но та часть мозга, которая отвечала за интеллект, останавливала. Намекала, расчетливая, что после такого маневра второго тайма мне уже не светит. В этой жизни — уж точно.
И я держался.
Смотрел на странно грустное лицо Полины. Трепался на английском. А в перерывах между парами отлавливал в темных уголках «неудачников» и убедительно на великом и могучем втолковывал, что на училку зариться нельзя, что место занято… и вообще можно лишиться зрения.
Понимали меня примерно так же, как и на английском. Вначале роняли челюсти, блеяли что-то про «какого черта». А после аккуратного удара в печень соглашались со всеми предложениями. Мгновенно. Без споров.
Учитывая, что зараза Полька на меня даже не смотрела, такие перерывы оказались единственным удовольствием от гребаных курсов.
С завтрашнего дня нужно было полностью менять тактику.
Розы и конфеты в моем случае, конечно, не годились. В ресторан Полька не пойдет даже под дулом пистолета. Но за прошедшие годы я научился дарить кое-что помимо плюшевых игрушек.
Решение, что именно может сработать с упрямой ведьмочкой, пришло внезапно. Прямо посреди третьей пары я покинул аудиторию, набрал секретаршу Басманского, а потом ненадолго заглянул к заведующему.
Полька даже разозлиться не успела к моему возвращению. Красные, как у кролика, глаза гневно сверкнули за стеклами очков.
Пухлые губки на миг сжались. Но она продолжила занятие, как будто ничего и не было.
Решительная, до чертиков сексуальная и вся такая родная, что, когда после занятий к нам заглянул заведующий с новостями о билетах в театр, стало противно от самого себя.
Глава 12. Все, что ей нужно"
"Выжить можно и без любимого.
Но ребенка делать — только от него.
ПоляВ лингвистическом центре я подрабатывала уже четыре года.
