Но Бочаров сказал по телефону, что скоро придется их выпустить. Никто не думал, что он лично появится на «деревяшке». Оказывается, напоследок Сергей хотел сделать бомжам какой-то сюрприз, но какой именно, он не сказал.
— Не удивлюсь, если хотел сначала накормить Люсю с Васей какой-нибудь отравой замедленного действия, а потом выпустить их, оставшись в глазах охранников гуманным человеком. А часа через два в городе нашли бы два трупа…
— Я почему-то подумала примерно о том же, но не захотела об этом говорить вслух — противно, — призналась Таня.
— Казалось бы, чего так злиться, что бомжи сбежали, если он все равно хотел их выпустить? Значит, не хотел. Сегодня Сергей был еще больше зол на охранников, чем вчера. Он отчитывал Славу и его сменщика, не стесняясь в выражениях, когда позвонили с одного объекта и сказали, что ночью со склада, который наши охраняли, пропали консервы. Клиент потребовал возместить издержки в трехкратном размере. Я ничего об этом не знала, влетела в кабинет Бочарова и попала под его горячую руку… Он лишь спросил у меня, есть ли стоящая информация, и, получив отрицательный ответ, стал орать на меня благим матом.
Закончилось все тем, что он обозвал меня бездельницей и послал к кадровичке за трудовой книжкой.
— Может, Сергею доложили, что ты причастна к побегу?
— Не думаю, он об этом ни слова мне не сказал. Бочаров меня в принципе ненавидел с самого начала, как только я устроилась на работу в «Гриф».
— А что так?
— Понимаешь, ему стукнуло в голову, что у меня особые отношения с Андреем Никитичем.
Он ведь меня лично привел на работу, оплатил лицензирование… Но у меня никогда ничего с Ферапонтовым не было — он ведь мне в отцы годится! Но Сергея почему-то сильно задело, что его дядя ко мне хорошо относится…
— Он женат? — уточнила я.
— Кто? Бочаров или Ферапонтов?
— Андрей Никитич."
"— Нет, он в разводе, но дочка с ним живет. Говорят, несколько лет назад Ферапонтова жена бросила — уехала к какому-то бизнесмену в Москву. Он так сильно переживал по этому поводу, что даже слег.
— Значит, дочка — его единственная наследница, — размышляла я вслух.
— Не знаю, может, Андрей Никитич и племянника тоже упомянет в своем завещании. А может, и нет. Сергей со своей двоюродной сестрой не больно-то ладит, а из-за наследства, я думаю, они вообще перегрызутся. Хотя, по большому счету, этот бизнес Варьке совершенно неинтересен. Отец как-то приводил ее в офис, так она и часа там просидеть не смогла — сбежала.
