То, что у нас было… Это было… Черт…
Тут у меня кончается запал и голос, и я просто отворачиваюсь к окну, смотрю на серую Неву, на такое же серое небо и первый раз появляется мысль бросить все и уехать отсюда нахрен! Куда-нибудь, где тепло, где солнце триста дней в году, где зелень и синее-синее море!
Здесь, в этом проклятом городе, с его серыми стенами, мне только холодно и страшно все время. Здесь хорошо умирать. Жить здесь плохо.
Олег молчит.
Я не смотрю на него. Не хочу.
Хочу, чтоб ушел.
Надо ему сказать про это, а голоса нет.
Уходи, Олег.
Я умерла давно.
Потом слышу, как он встает, быстро одевается. И уходит. Только дверь хлопает.
Я хочу выдохнуть.
И не могу.
29. Примерно пятнадцать лет назад
Завтра мне на смену. С утра. Перед этим надо выспаться, чтоб сил хватило. У меня и так шикарные выходные получились, целых двое суток. Обычно я ночь через ночь работаю. Непросто, зато идеально в плане забыться на работе. Ну и подкопить смен для всяких внезапностей, типа экзаменов и тому подобного.
Я стараюсь не пропускать учебу, но бывает по-всякому. Хорошо, что преподаватели к нам, работающим студентам, особенно работающим на скорой, относятся более снисходительно. Хотя все равно дерут. Поэтому то, что я с утра спокойно ухожу на лекции, а вечером имею возможность поспать перед субботней утренней сменой — просто благо.
И мне бы радоваться.
И спать.
А не таскаться по злачным местам в компании моего, так называемого, жениха.
Но здравый смысл потерял свой смысл в тот момент, когда я услышала хриплое: «Привет, Шипучка».
Поэтому сейчас я сижу в клубе с непонятным названием «Метро», с Маратом, пью странный ванильный коктейль, хотя предпочитаю текилу, и слушаю его странных друзей.
Хотя лучше бы поспала.
Но спать я боюсь.
А еще боюсь идти домой.
Потому что там все до сих пор пахнет Олегом и нашим бешеным сексом.
Утром, когда он ушел, я выбежала из дома буквально через пять минут, нацепив первое, что попало под руку, и захватив неразобранную с прошлого раза сумку с лекциями.
Пока тряслась в метро, старалась унять слезы и дрожь рук. А еще мысли, глупые и ненужные.
Я все правильно сделала. Так, как надо я сделала. Так, как правильно. И чего тогда трястись? Чего переживать?
Он ушел. Он не вернется. Надеюсь. Да?
И во всей этой глупой ситуации было хорошо одно: я не видела его лица, когда уходил.
Слава Богу.
Марат улыбается, он доволен, что удалось меня вытащить. Думаю, вообще наудачу позвонил после занятий, не ожидая ничего.
