Когда он сказал, что умеет превращаться в разных животных, было уже слишком поздно – он успел похвастаться перед друзьями, и поползли слухи. Они дошли и до Совета.
Внутри всё перевернулось.
– Так его…
– Да, – просто ответил Цян. – Однажды он вышел в школу и не вернулся. Я не сомневаюсь, что его безжалостно убили, но поскольку они не могли признаться в своих преступлениях, я так и не узнал, где он похоронен. И похоронен ли вообще.
Мгновение Саймон не слышал ничего, кроме стука собственного сердца.
– Мне очень жаль, – сказал он, пусть и понимал, что это не поможет.
Цян покачал головой.
– Я сам виноват. Был, есть и буду. В то время я только начал осознавать, откуда взялись мои способности, и мне даже в голову не приходило, что они могли перейти к моему сыну или что Верховный Совет… за ним придёт. Я представить не мог. Если бы я только сообразил раньше, – добавил он с такой ненавистью к себе, что Саймон чуть отодвинулся. – Если бы поинтересовался, если бы доверил ему свою тайну… Если бы я только знал… если бы он знал…
Он замолчал, и Саймон осторожно вернул ему фотографию.
Цян забрал её, и хотя наверняка видел уже столько раз, что мог воспроизвести в мельчайших деталях, но снова уставился на неё, скользя пальцем по лицу сына.
– Но зачем становиться Хранителем, если Верховный Совет… убивает Наследников? – нерешительно спросил Саймон. Он не хотел обвинять Цяна, но тот не стал оправдываться, просто вложил фотографию между страниц блокнота и аккуратно закрыл его.
– Когда я понял, что и зачем сотворил Совет, я поклялся, что пока жив, ни одного Наследника больше не постигнет такая участь.
А единственным способом защитить следующее поколение – сначала Бэка, а теперь и всех вас – было стать тем, кого я так ненавидел. Было непросто. Нельзя просто взять и стать Хранителем. Но я построил карьеру в Верховном Совете. Знакомился с нужными людьми, говорил то, что от меня хотели услышать, понравился прошлой Хранительнице. Когда она отошла от дел, я остался единственным кандидатом.
– Они так и не узнали, что твой сын?.
. – Саймон запнулся, но Цян понял.
– Нет. Может, так и не удосужились узнать его имя, или попросту не связали. Да и я постарался создать себе прошлое, которое понравилось бы Хранителям, – признал он. – Если постараться, легко стать кем-то другим. Но я не забыл Цзюня и не забыл свою цель.
– Защитить Наследников, – сказал Саймон, и Цян кивнул. На этот раз Саймон ему поверил.
– Я старался, как мог, а теперь учу их постоять за себя.
