Она завернула её в одеяло, оставив открытым только лицо, и Саймон заметил, что на коленях Эмилии спит обезьянка постарше – та, что молила о помощи. Зрелище было довольно милым, только он своими глазами видел бойню в Золотой роще. А теперь Саймону лишь поплохело при мысли о том, что из всей стаи, из всей их семьи выжило только двое.
Внимание привлекло невнятное ругательство, и Саймон оглядел лазарет. Какой-то наследник из Африки заматывал бинтом ногу, а с противоположной стороны на койке спиной к двери лежал другой парень, и его била крупная дрожь.
Бэк.
И если Саймон грыз себя за Кая, жалости к Бэку он не испытывал. Но всё равно отступил, не желая расстраивать и так расстроенных людей.
Однако в тот же момент Суюки подняла голову, и их взгляды пересеклись. На мгновение Саймон решил, что она его окликнет, но вместо этого она медленно поднялась, стараясь не потревожить Кая.
– Сейчас вернусь, – сказала она, но когда подошла к двери, Саймон заметил на себе взгляд Эмилии. Она смотрела на него с нечитаемым выражением, и только когда Суюки вышла в коридор, он смог отвести глаза.
В полном молчании они отошли подальше от лазарета.
– Ты как? В порядке? – спросила она, найдя безлюдное место. – Мы не знали, ранили тебя или нет. Просто поверить не могу, что эти засранцы бросили тебя одного. А если бы там остались солдаты Верховного Совета…
– Всё в порядке. Только… – Саймон покачал головой, сомневаясь, что сможет облечь чувства в слова. – Как Кай? Нормально?..
– Скоро будет как новенький, – сказала она, но с усталостью, которую не получилось скрыть даже за австралийским оптимизмом.
– Эмилия сказала, что болт не задел органы. Крови он, конечно, потерял много, но ничего, поправится. От полётов какое-то время придётся воздержаться, но он и так не любил летать.
Саймон втянул носом воздух и медленно выдохнул. На сердце стало полегче.
– Прости, – выдавил он хрипло и низко, сам не узнавая свой голос.
– За что? – спросила Суюки. – За то, что помог животному, которое в этом нуждалось? Кошмар, спас жизнь обезьянке.
Сразу видно, ужасный человек.
Он попытался выдавить улыбку, но, если честно, именно так он себя и чувствовал.
– Я знал, что это ловушка, и всё равно пошёл.
– Мы все знали, – заметила она. – Мы тебе не бездумные прислужники, знаешь ли. Мы сами можем подумать головой и ей же рискнуть, спасибо большое.
Саймон помотал головой.
– Если бы не я…"
"– Мы с самого начала всё понимали, – сказала Суюки.
