– А кто тогда?
– Отец тебе подберет кого-нибудь. Кого-нибудь достойного. Не шизанутого.
– Ты кретин? Ты слушаешь меня вообще? Или только себя? Кого мне отец подберет? Он меня до тринадцати лет сам в душе мыл! До тринадцати! Ты понимаешь?! Я от него – от него! – сбежала! К тебе! Чтобы жить нормально! Чтобы жить! А ты им хочешь стать! Им, Хантером, не знаю кем!
– Я не… Черт. Мне это надо слышать?
– А что? Боишься расчувствоваться? Боишься, что придется забирать меня?
– Нет. Да…"
"– Тогда еще послушай: что с моей мамой случилось?
– Умерла.
Болела. Ты маленькой была.
– Отравилась паленой водкой. Пила, потому что он бил ее через день. Такое тебе как? А? Как тебе такой папа-герой?
– Аня.
– Иди к нему на службу. Папа тебя простил?
– Он же обожает тебя… Неужели он…
– Нет. Из мамы ему душу вынуть хватило. Меня папуля бережет. Обожает, да. Все, как я скажу, так и будет. Лишь бы на коленках у него сидела.
– Постой. Он… Он почему… Когда я в этом радиоцентре был… Когда меня должны были… Когда они там собирались штурмом брать… Ты… Ты где была? Тогда?
Аня допила залпом; глаза у нее были красные, никак не могущие заплакать, как и у Артема.
Ресницы тушью сделала, вдруг сообразил он. Аня. Ресницы.
– Я ему так и сказала: если с моим что-нибудь случится… Ему это нужно напоминать время от времени.
Артем ухмыльнулся – хотел презрительно, но силы в лице не хватило.
– Эй! Еще!
– И мне.
– Вот зачем. Вот почему.
– За маму! – Аня подняла граненый стакан. – За маму, которая пила, потому что вышла за героя.
Так что напрасно ты. Я на нее похожа, а не на него, Артем.
Он выдвинул в окоченелой руке свой стакан, ударил вяло и невыразительно стеклом о стекло.
– Она у меня была из Владивостока. Когда укладывала меня спать, про пляжи рассказывала. Про океан. Уложит – и к фляжечке. Я, знаешь, умела так – глаза прикрыть, как будто сплю, и через ресницы подглядывать. Как там Владивосток, отвечает?
– Отвечает.
* * *– Ты как, нормально, братик? Температуры нет? Щеки что-то горят у тебя.
– Нормально.
– Уверен, что хочешь опять наверх тащиться?
– Уверен.
– В медпункте был?
– Был. Спину зеленкой помазали.
– Ладно. Вернемся с задания, я тебя на руках туда отнесу.
У Библиотеки под парами ждал тот самый внедорожник; а за ним – серый «Урал» с клыками. Савелий и Леха, под химзой обмундированные в орденский черный, переглянулись.
– Это… – сказал Артем.
– Там наши. Не парься. Эти нам просто технику подогнали. Откуда бы мы сами такое взяли?
– Действительно.
