По-русски! Все есть! Страна есть! Одних нас нет? Как там-то война? Идет?"
"– Там… А что ты знаешь про «там»? Ты полчаса эфир послушал. Это радиоигра все, Артем. Тебе откуда знать, где наши, а где наймиты? Где диверсанты их? Что вообще теперь наше, кроме метро? Ничего! Только метро у нас осталось! Где там живая жизнь? Рассадили спецов, как пауков в паутине. «Тут Владивосток, давайте к нам. Тут Петербург, идите сюда!» А кто сходится к ним из деревень – они на месте их сразу. В лобешник. Никакой нет России! Все, как мы боялись, случилось.
Разбомбили, раздробили, захватили. Если мы тут не выстоим. Если дадим им понять, что выжили. Мы – следующие тогда. У нас одно спасение, Артем. Мертвяками прикидываться. И копить силы. Чтобы вернуться.
– А если к нам просто идут? Наши? Так же, из деревень? Не диверсанты, а наши? Люди? Русские? Настоящие?!
– Военное время, Артем. Нет возможности со всеми разбираться. Враги, и точка.
– А если они не с востока пойдут, а с запада?
– Все основные направления прикрыты.
– А глушилки?..
– Это не единственная станция.
– Значит, я бы все равно ничего не… Ничего бы не добился?
– Ты бы и не успел, Артем. Хорошо, что Летяга тебя оттуда вытащил. Если бы ты завалил еще хотя бы одну вышку, я бы уже не смог с ними договориться. У них вообще был приказ – пленных не брать.
Артем втянул дыма, поймал расползающиеся слова, построил их строем.
– Вы же следили за мной? Когда я на «Триколор» поднимался? На высотку?
Полковник дернул ртом: Летяга проболтался.
– Знали.
– Почему не заткнули?
– Потому что. Ты – наш. Хоть я и… Что я там тебе говорил.
– А вы – вы сами когда узнали? Как?
– Ввели в курс. Некоторое время назад.
Артем затянулся. Сел на пол, спиной к стене: стула не было. Теперь Мельник на своей каталке был его даже выше. Ведь он вообще-то выше Артема должен был быть. Раньше был выше, пока у него ноги были вместо колес.
– Знаете, Святослав Константинович… В нашем последнем разговоре. Вы очень убедительно мне тогда доказали, что я шизоид.
– Я сделал это, чтобы тебя уберечь. Чтобы ты не натворил… Всего, что ты натворил.
– А почему нельзя было просто объяснить? Или я шизоид все-таки? А?
– Артем.
– Вы скажите. Шизоид или нет? Скажите просто.
– Послушай. Твоя история с черными. Твоя эта убежденность, что ты мог спасти мир. Что был ими избран. Что из-за тебя человечество погибнет. Как тебе сказать… Как тебе такое сказать – просто?
Вся эта его история с черными. Вся эта его история. Вся.
