Пока остальные пододвигали свои мешки ближе к печке и рассаживались, Мельник обратился к Антону:
– Ну что, сходим дальше, посмотрим, что там?
– Да там нечего смотреть, завал как завал, я-то уже сто раз видел. Глянь, если хочешь, тут метров пятнадцать всего, – Антон указал через плечо в сторону Парка Победы.
Туннель перед завалом был полуразрушен. Пол покрылся осколками камней и землей, потолок в некоторых местах просел, а стены осыпались и сузились. Сбоку чернел перекошенный проем входа в неизвестные служебные помещения, а в самом конце этого аппендикса ржавые рельсы упирались в груду раскрошенных бетонных блоков, перемешанных с булыжниками и грунтом.
В эту земляную толщу погружались и тянувшиеся вдоль стен железные трубы коммуникаций.
Осветив фонарем обрушившийся туннель и не найдя никаких тайных лазов, Мельник пожал плечами и вернулся к скособоченной двери. Он направил луч внутрь, заглянул туда, но порога так и не переступил.
– Во втором перегоне тоже никаких изменений? – спросил он у Антона, вернувшись к печке.
– Как десять лет назад все было, так и сейчас, – отозвался тот."
"Они надолго замолчали. Теперь, при потушенных фонарях, свет снова исходил лишь от неплотно прикрытой печки да от крошечного огонька за закопченным стеклом масляной лампы, и тьма вокруг стала настолько плотной, что, казалось, выталкивала из себя чужеродные тела, словно соленая вода. Поэтому, наверное, все дозорные и сгрудились вокруг буржуйки так близко, как только было возможно: здесь темноту и холод прореживали желтые лучи, и дышалось свободнее.
Артем терпел, сколько мог, но потребность услышать хоть какой-то звук заставила его преодолеть застенчивость:
– Я на вашей станции раньше не бывал никогда, – кашлянув, сказал он Антону, – не понимаю вот, зачем вы тут дежурите, если там ничего нет? Вы же туда даже не смотрите!
– Порядок такой, – объяснил старший. – Говорят, что потому здесь ничего такого и нет, что мы дежурим.
– А что там дальше, за завалом?
– Туннель, надо думать. До самого, – он прервался на секунду, обернувшись назад и посмотрев на тупик, – до самого Парка Победы.
– А там живет кто-нибудь?
Антон ничего не ответил, только неопределенно мотнул головой, помолчал, а потом поинтересовался:
– Ты что же, вообще ничего о Парке Победы не знаешь? – и, так и не дождавшись от Артема ответа, продолжил: – Бог знает, что там сейчас осталось, но раньше там была огромная двойная станция, одна из тех, которые в последнюю очередь строились.
