Монклеры готовы принять смерть ради простолюдина, — он сделал в воздухе несколько быстрых движений откуда-то взявшейся в его руке, на первый взгляд, обычной рисовальной кистью, и я увидел, как из черных линий начинают формироваться очертания какого-то существа. — Что ж, я не против. Ваша смерть будет увлекательным развлечением для меня.
— Мечтай дальше, — бросил я и резко свистнул.
Это был сигнал. Зара мгновенно поняла, что происходит. Она развернулась к тылу, где уже показались силуэты преследователей, и ее глаза вспыхнули золотым огнем.
— Всем пригнуться! — крикнула она.
Мы едва успели броситься на пол, когда Зара выпустила то, что я бы назвал «Солнечным Дыханием». Это было не просто пламя — это был поток сконцентрированного жара, словно она открыла врата в сердце звезды. Воздух в коридоре мгновенно раскалился до температуры плавильной печи.
Охотники, которые пытались атаковать нас с тыла, попали под этот поток и… просто исчезли. Не сгорели — испарились. От них остались только силуэты, выжженные на стенах.
Сам коридор стал напоминать туннель из расплавленного стекла — стены потекли вниз и сейчас медленно остывали, издавая потрескивающие звуки.
— Кхм, — прокашлялся Эдмонд, поднимаясь с пола. — Зара, дорогая, в следующий раз предупреждай заранее. А то у меня брови подпалились.
— Извини, — смущенно улыбнулась она. — Немного переборщила.
— Немного? — Леон потрогал свои волосы, которые на кончиках слегка дымились. — Ты тут форменный крематорий устроила!
Я встал, отряхиваясь. Пути назад теперь точно не было — коридор за нами превратился в раскаленную трубу, по которой невозможно было пройти следующие полчаса.
Зато наши преследователи больше не были проблемой.
— Эффектно, — оценил я. — Теперь вперед, пока Кеншин занят.
Убийца, действительно, был занят. Абель и Хлоя атаковали его одновременно: брат с мощными, размашистыми ударами двуручника, сестра с изящными, но смертоносными танцами лепестков. Кеншин едва успевал парировать, его черная кисть описывала сложные узоры, создавая барьеры и отвлекающие маневры.
— Давай же, Кеншин! — смеялась Хлоя, ее лепестки превращались в острые лезвия. — Покажи, чему тебя учили в твоем чертовом клане!
Убийца что-то прошипел в ответ, но уже не мог оторваться от боя. Абель и Хлоя работали как единый организм — опыт брата компенсировал безрассудство сестры, а ее непредсказуемость не давала Кеншину в полной мере сосредоточиться на технике Абеля.
Мы воспользовались моментом и рванули вперед.
