— Я… торгую редкостями, — дипломатично ответил Аукционер.
— Да неужели? — съязвил я. — А я думал, ты коллекционируешь опасных тварей и нападаешь на корабли.
— Это была ошибка, — покраснел Гелиос, постаравшись сделать независимый вид. — Я уже извинился.
— Несколько раз, — добавил Кайден. — Каждый час в течение всего плавания.
Между тем на стол продолжали подавать новые блюда. Жареное мясо в остром соусе, овощи, приготовленные на пару, рыба в хрустящей корочке, какие-то маринованные корнеплоды и много чего еще.
Ароматы смешивались в воздухе, создавая почти физически ощутимое облако вкусности.
— Отец просил передать, что клан Шу очень уважает господина Дариона, — сказала Шу Сонг, наблюдая, как я пробую различные блюда. — После того, как вы спасли моего брата, наша семья считает вас почетным другом.
— Как дела у Мина? — спросил я между глотками очень приятного напитка, который неплохо сочетался с поданными блюдами.
— Лучше, — лицо девушки озарилось улыбкой. — Он полностью оправился от… того инцидента.
Более того, врачи говорят, что его магические каналы теперь работают намного лучше, чем раньше. Отец считает, что это благодаря вашему вмешательству.
— Ну, так и есть. Не разблокируй я ему каналы маны, он бы вряд ли выжил.
— В империи Цин мы не жалуем чужаков, — продолжила Шу Сонг. — У нас свои традиции, свои обычаи. Но отец всегда говорил, что есть исключения из любых правил. И вы — именно такое исключение.
— Лестно, — кивнул я. — Но не перебарщивай. Мы, так или иначе, продадим дракона вашему клану.
С разумными условиями, конечно. Кайден все обговорит. Я заинтересован в развитии наследия моего давнего товарища.
Кайден отвлекся от своей битвы с палочками и кивнул.
— Мы надеемся на взаимовыгодное сотрудничество. «Последний Предел» заинтересован в долгосрочных отношениях.
— Отец будет рад это услышать, — улыбнулась девушка.
Леон тем временем героически пытался справиться со своим супом. Ему удалось поймать несколько рисинок и даже кусочек курицы, но большая часть еды все еще плавала в миске.
— Может, все-таки попросить ложку? — простонал он.
— Терпи, аристократ, — подбодрил его я. — Характер закаляется.
— Характер, может, и закаляется, но я умираю от голода, — пожаловался Леон.
В итоге все же над ним сжалились и принесли ложку, а для Кайдена вилку. Судя по взглядам, не все радовались прибытию чужаков и вот такими мелочами проверяли нас на прочность."
"В этот момент я заметил небольшую керамическую тарелочку в углу стола.
