Черные кинжалы оказались не хуже стальных. Более того, они могли менять форму прямо во время атаки — то удлиняясь, то изгибаясь под невозможными углами. Сражаться с таким противником было крайне неудобно.
Но я видел главное — Охотник все больше входил в боевой раж. В его движениях появлялось все больше животной ярости и жажда убийства. Одновременно с этим все меньше тактики и разума."
"В какой-то момент мое чутье взвыло от опасности, я пригнулся. В воздухе появился огромный кровавый клинок, который просвистел над головой, но это было не все, пришлось прыгнуть, чтобы не попасть под второй, который следом прошил место, где я был еще секунду назад.
— В воздухе ты уязвим! — гоготнул Охотник, и тут же ринулся на меня. Это и было его ошибкой.
В полете я перешел к стойке «Одного Удара», сконцентрировался, ударил. Черный клинок прошел сквозь его оружие из черной субстанции и сквозь ребра, поразив сердце
Охотник застыл, глядя на торчащий из груди клинок. Красный свет в его глазах медленно угас, а черная масса рассыпалась.
— Я надеялся взять тебя живым. Жаль, что ты оказался не очень сговорчив.
В этот момент до меня донесся встревоженный окрик Голдльюиса.
— Дарион! На шум идут остальные! Надо убираться!
Я быстро поднял труп Охотника на плечо. Тень тем временем уже бежал к нашему укрытию. Мы добрались до Голдльюиса как раз в тот момент, когда вдали показались остальные члены группы.
— Они его ищут, — сказал снайпер, наблюдая через бинокль. — И ведут себя очень агрессивно.
Действительно, замаскированные Охотники рыскали среди развалин, словно хищные звери, потерявшие добычу.
— Время сваливать, — решил я. — Тащи свое барахло, идем к выходу.
Мы быстро покинули зону поиска и направились обратно к тому месту, где Вексель должен был открыть для нас тоннель.
Воронка появилась в воздухе, мерцая тускло-фиолетовым светом. Мы шагнули в нее и через мгновение оказались на улице возле заброшенного завода.
— Наконец-то! — воскликнул Вексель, увидев нас.
— Я уже думал, что вас там сожрали!
Голдльюис выругался, как только мы вышли.
— Черт, мы ничего не узнали! Один дохлый сумасшедший — это не те доказательства, которые нужны Крестону!
— Это не так, — возразил я. — Мы узнали многое. К тому же, порой мертвые тоже могут многое рассказать.
Забавно, но на этих словах Вексель очень уж сильно побледнел. И чего это он?
* * *Небольшой дом, который арендовал Крестон, находился в тихом районе на окраине столицы.
