Подыграю ему, а в процессе разговора вытащу из него ответы на все вопросы. Если понадобится, достану их из него скальпелем.
— От пациента, — ответил я. — Парнишка забрёл в лес около Красных Гривок.
— О-о! А ведь мы с вами совсем недавно рядом с ним пересекались. Какова ирония! — улыбнулся он. — Кстати, что-то я самого пациента не вижу…
Сухоруков пристально осмотрел секционный зал.
— Он у себя дома, восстанавливается, — произнёс я.
— Хорошая шутка, лекарь Мечников, — хрипло посмеялся Сухоруков. — Имеете в виду, что его пока до меня не донесли?
— Имею в виду, что он жив и в ваших услугах не нуждается, Антон Генрихович, — сухо ответил я и вернулся к препарированию клеща.
Поворачиваться спиной к патологоанатому мне было не страшно. Вновь атаковать меня он не рискнёт. Тем более, заметно, что коллега и сам меня побаивается.
— Все рано или поздно нуждаются в моих услугах, — усмехнулся Сухоруков и встал рядом со мной около клеща. — И всё же удивительно, что вы смогли сохранить жизнь тому парню. Никогда не видел, чтобы мана-клещ таких размеров отцеплялся от человека, не свернув ему при этом башку.
Вот ведь заладил! Ему лишь бы вскрыть кого-нибудь. Впервые встречаю такого патологоанатома.
А вот его подсказка на счёт вида этого животного мне очень кстати. Я сразу понял, что высасывает эта скотина не кровь. Мана-клещ… Странно, только откуда в простом крестьянине он нашёл столько маны?
В первую очередь я решил отсечь хоботок, чтобы стало проще вскрывать брюшко.
— Аккуратнее! — прошипел над моим ухом Сухоруков.
— В его хоботке содержится яд. С помощью него он отключает чувствительность, причём надолго. Это позволяет ему быстро вырасти и остаться незамеченным.
Яд… Анестетик! Местное обезболивающее, которое можно использовать, как тот же лидокаин или новокаин. Только он явно сильнее своих аналогов из моего мира, если учесть, что пациент толком не испытывал боли, когда хоботок опутал его позвоночник. Без яда он бы погиб от болевого шока.
Я отделил хоботок и спрятал его в свою сумку.
— Решили оставить себе трофей? — ухмыльнулся Сухоруков.
— Вы так и будете мучить меня вопросами или, может быть, поможете со вскрытием? — со сталью в голосе спросил я. — Мне казалось, что вы горите желанием притронуться к этому существу своим скальпелем.
— Ваша правда, — произнёс он, затем резким движением извлёк из чехла блестящий скальпель и одним ловким взмахом вскрыл брюшко клеща.
Либо глаза меня обманывают, либо лезвие даже не коснулось животного.
