— А вы, Пётр, дышите глубоко. Вдох, выдох! Повторяйте за мной.
Пациент послушно начал совершать дыхательные экскурсии, а в моих ушах воцарился сущий кошмар. В нижних отделах лёгких громко булькала жидкость.
Мелкопузырчатые хрипы. Да у него же пневмония! Я был уверен, что на самом деле у больного бронхоспазм, а на деле там мощный воспалительный процесс. Скорее всего, инфекционный.
Проклятье… А ведь антибиотики ещё не изобрели. Но организовать на коленке какой-нибудь пенициллин, я пока точно не смогу. Для этого кроме самих реагентов нужно ещё и оборудование.
— Послушайте, Эдуард Семёнович, — предложил коллеге я. — Только аккуратно. Инструмент хрупкий.
Родников озадаченно вставил в уши оливы, а затем приложил к груди Петра головку фонендоскопа. Брови Эдуарда поползли на лоб.
— Ничего себе! — воскликнул он. — Коллега, вы где взяли этот инструмент? Там внутри какой-то кристалл?
— А эту тайну я унесу с собой в могилу, — усмехнулся я. — Лучше скажите, что думаете насчёт услышанного?
— Ох, — выдохнул он, передавая мне инструмент.
— Ну, на бронхоспазм не похоже. Теперь клиническая картина совсем никак не вяжется. Если бы у него была температура, можно было бы заподозрить лихорадочную грудную болезнь.
Видимо, так в эту эпоху называют пневмонию.
Я отвёл Родникова в сторону от пациентов и шёпотом произнёс:
— Итак, что мы имеем? Самокрутка с какой-то травой, потеря сознания, остановка сердца. А в лёгких — признаки инфекционного процесса.
— Как-то всё это друг с другом не сочетается, — почесал затылок Родников.
— Нет, всё логично, — заявил я. — Иногда при пневмо… — я осёкся. — При лихорадочной грудной болезни падает давление, меняется кровоток, и это редко, но всё же приводит к остановке сердца.
— Так а куда тогда делась лихорадка? — развёл руками Эдуард.
Хороший вопрос. И, думаю, именно в нём и кроется корень всех проблем. Да даже с учётом магических эффектов, как обычная самокрутка могла вызвать пневмонию?
И тут меня осенило.
— Эдуард, не с той стороны мы с тобой к проблеме подошли, — догадался я.
— Воспаление лёгких развилось у него уже дня три назад. Просто он продолжал с ним работать.
— Думаешь, из-за обычного переохлаждения? — переспросил он. — А самокрутка тогда тут каким боком?
— А в самокрутке, судя по всему, была трава с противовоспалительным эффектом, — предположил я. — Она сбила ему температуру, инфекция начала распространяться, потому что организм перестал бороться с ней с помощью лихорадки.
