Ах да! Зрачки могут покраснеть. Такое тоже возможно. Я только очень прошу вас, Алексей Александрович! Ради безопасности ваших родственников и особенно ребёночка, если поймёте, что обращаетесь — сразу сообщите другим лекарям.
Разумеется, я это в любом случае сделаю. Рисковать чьими-то жизнями я не стану.
— Только что мне сделают лекари? — спросил я. — Если симптомы обращения проявятся, имеет смысл сразу идти в Красногривовский лес — присоединяться к собратьям.
— Дурная шутка, — поджал губы Василий Ионович. — Жить в шкуре упыря — участь мучительная.
Вам постоянно будет хотеться человеческой плоти и крови. А разум редуцируется до уровня обычного хищника. А если придёте к нам, то мы…
Лекарь осёкся.
— Договаривайте, — попросил я. — Не беспокойтесь, можете говорить прямо.
— Умертвим вас, Алексей Александрович, — прикрыв лицо ладонью, сказал старик. — Официально, со всеми протоколами. Наш патологоанатом лишит вас жизни.
Сухоруков? Ох и прекрасная же участь. И вероятность, что это случится — пятьдесят на пятьдесят.
Как монетку бросать!
— Что ж, спасибо, что поставили в известность, — поблагодарил лекаря я. — Буду внимательно следить за симптомами.
— Ну что, Алексей? — в комнату вошёл Олег. — Катю и ребёнка я проведал. Не могу даже эмоции свои описать — так счастлив. Так благодарен тебе за помощь, племянник! Пойдём с домом разбираться?
— А вы не спешите, Олег Сергеевич, — попросил Василий Ионович. — Я ещё не залечил ваши рёбра.
Дядя с укором зыркнул на меня.
— Всё-то уже рассказал! — пробурчал он.
— Не переживайте, мы с Алексеем — лекари. Сами справимся. Нечего вам в преклонном возрасте расходовать драгоценные жизненные силы.
— А вы, голубчик, не сопротивляйтесь, — улыбнулся Василий Ионович. — Сил мне хватит, даже если ещё пятерых, таких же как вы, занесут.
Любопытное замечание. Похоже, витков у этого старика больше, чем у большинства местных лекарей. Хотя, если учесть, сколько ему лет и как долго он уже тренирует свои каналы… Нарастить витков он успел
А я ещё не успел разобраться, откуда взялся мой свежий виток.
Не мог ведь я его самостоятельно взрастить. Уж больно мало поработал, чтобы увеличить свой запас.
Василий Ионович взялся за лечение дяди. И в этот момент до меня дошла одна крайне важная вещь.
— Стойте! — воскликнул я и вскочил со стула. — Дядь, тебя-то упырь покусать успел?
— Конечно, в ногу мою дубовую, — пожал плечами он. — Больше никуда. Погоди… Алексей!
Похоже, до дяди только сейчас дошло, какому риску я себя подверг.
