Он был одним из немногих жителей, кто до сих пор не заразился ящуром. Если, конечно, я не ошибаюсь, и перед нами действительно аномальная вспышка именно этого заболевания.
— Я не могу рассказать, — стиснул зубы он. — Меня ж после этого из деревни изгонят!
— Ну-ка подойди сюда! — велел я. — Как тебя зовут?
— Степан, — представился он, спрятав от меня взгляд.
— Степан, — шёпотом сказал я. — Стёп, мы — лекари — умеем хранить тайны. Расскажи, что тебе известно. Клянусь, никто из жителей Владыкино об этом не узнает.
Мужчина долго мялся, но услышав грозный рык за чертой посёлка, всё же решил признаться.
— Это я во всём виноват. Я и другие охотники, — произнёс он. Голос мужчины трясся. — Клянусь, зла мы никому не желали. И в Грифона веруем! Просто…
— Тише-тише, — перебил его я. — Не оправдывайся. Ты не на суде. Нам с коллегами просто нужно знать, к чему готовиться. Кто это к нам идёт?
— Алексей! — крикнул мне Илья Синицын. — Не трать время на разговоры. Бежать надо. Мы не справимся с тем, что сюда приближается.
— П-полностью поддерживаю Илью! — закивал Родников. — Даже я чувствую, какое лихо сюда идёт.
— И бросим всех жителей? — прошипел я. — Если уж отступать, то со всеми. Выводить весь посёлок. Какое самое ближайшее село?"
"— Александровка, — ответил Синицын. — Но вести людей туда — значит обречь на верную смерть жителей Александровки. Тогда зараза и им передастся.
— А мы не успеем убежать, — простонал охотник Степан. — Сюда идёт хозяин леса. Потому что мы нарушили договор.
— Какой ещё договор? — спросил я Степана.
Тем временем Родников за моей спиной потерял сознание и упал на руки Синицына.
— Эдуард! Твою ж… — выругался Синицын. — Слабовольный болван! Алексей, у нас минус один лекарь.
Я взглянул на Эдуарда и заметил, как под веками двигаются белки его глаз.
— Он притворяется, Илья, оставь его, — посоветовал я.
Синицын тут же выронил Родникова и последний вовремя успел выставить под собой руки, чтобы не удариться о земли.
— Да вы совсем с ума сошли⁈ — крикнул он.
— Мы же тут все подохнем! Я не хочу встречаться с хозяином леса. Уже видел эту тварюгу однажды. Больше никогда в жизни к ней на метр не подойду!
— Так в чём проблема? — пожал плечами Синицын. — Если я не ошибаюсь, хозяин людей не обижает. Если, конечно, ему кто-то из здешних не угрожал.
О ком они все говорят? Какой ещё хозяин леса? Может, это фигура речи, но судя по вибрациям магической энергии, к нам приближается непростой человек.
