Неожиданно в месте, где скрылся Савмак, вода забурлила, пузыри пошли крупные и блестящие, а через миг на поверхность выстрелило красивое женское тело в белой сорочке, туго облепившей грудь и фигуру. Зеленые волосы до самой воды, а из-под подола торчат две аккуратные утиные лапы.
Болотница вскинула руки, глаза загорелись ярким изумрудным светом, а когда она окинула взглядом сразу все болото, мавки в ужасе завизжали. Они тут же отлепились от Олега и стали нырять в воду.
Лицо болотницы заострилось, приобрело страшные и злые очертания, она прошипела мавкам:
– Вон отсюда!
Те визжат так, словно их жарят на сковороде, тряся зелеными грудями, прыгают в заросли камыша, словно взгляд изумрудных глаз болотницы в самом деле хлещет их кнутом.
– Бестолочи! – рявкнула болотница и ухватила одну мавку за волосы.
Та задрыгала ногами, стала дергаться и верещать, пасть оскалилась, от чего зубы стали казаться еще длиннее. Болотница подняла ее к лицу, словно мавка ничего не весит, и посмотрела на нее так сурово, что девка мигом застыла и повисла бессильной куклой.
Болотница прошипела ей в лицо:
– Сказала же – не мешать.
– Так мы думали, шутка, – прохрипела мавка в ответ.
Красивые брови болотной девы грозно сдвинулись, она проговорила глухо:
– Я не шутила.
И швырнула мавку в сторону с такой силой, что та пролетела через все заросли камыша и с громким плеском упала в воду. На поверхности мавок больше не осталось, болотница мягко опустилась на самый круп Веточки. Ее лицу мигом вернулось смирение, веки покорно опустились, а голова наклонилась.
Тяжело дыша после борьбы с толпой утопленниц, Олег вытер с лица капли и отлепил пальцами склизкую водоросль от подбородка.
– Чего же ты молчала, что такая полезная? – спросил он хриплым от сырости голосом.
Болотница скромно ответила:
– Я и готовить вообще-то умею. И шить. И по дому хозяйничать."
"– Тогда точно замуж, – согласился Олег, кивая. – А Савмак где?
Болотница невинно захлопала ресницами и указала взглядом на воду справа.
– Так вот же он, – ответила она.
Водная поверхность моментально забурлила, ратник выскочил из-под воды и стал хватать воздух, как выброшенная на берег рыба. Глаза шальные, а сам бьет руками по воде. Люсиль отбросила палку, которую все это время недоверчиво сжимала пальцами, и помогла ему вскарабкаться на Веточку.
С ратника текут ручьи, в волосах и на лице тина, и дышит глубоко и часто.
– Ну и дела, – выдохнул он, спустя несколько мгновений.
