– Но, Мэтт, в тот миг убийство Фобетора показалось мне единственным правильным выходом. К тому же он пытался ранить тебя.
– Понимаю. Значит, ты должна была убить его. Идем, вернемся к твоим друзьям.
– А может… – она оглянулась в темноту, клубящуюся за пределами крошечного светлого пятачка, на котором мы стояли, – попробовать еще раз?
– Больше этот сон не вернется. Предсказания не повторяют по десять раз. Пора уходить, Хэл.
Она послушалась и вышла первой. Ей вслед прилетел порыв горячего ветра и начал сдувать остатки сновидения черным, сухим песком.
Но я продолжал смотреть. В пыльных клубах постепенно проступал смутный рисунок. Дом, такой, каким его обычно рисуют дети – квадрат с окном, палочками-колоннами и дорожкой. Я смотрел на него и понимал, что этот сон показан не только для Хэл, но и для меня. Я должен сделать то, чего очень не хотел, но о чем думал так часто.
Как только я принял решение, в окошке дома из песка вспыхнул желтый огонек, и шелестящая стена пыли взмыла передо мной, гася последние проблески света…
Открыв глаза, я увидел над собой поблескивающий синий потолок.
Вокруг стояла напряженная тишина. Я приподнялся на шезлонге, заметив мимоходом, что моя рука свободна, браслет уже сняли с нее. Проснувшиеся друзья Хэл смотрели на меня новыми взглядами, в которых читалось и потрясение, и уважение, и любопытство. Первые впечатления от жуткого сна уже должны были рассеяться и, уходя все дальше, не вызывать беспокойства и страха.
Один Криз был занят – пристроившись у лампы, он лихорадочно зарисовывал в блокнот впечатления.
Моя ученица сидела рядом с Риком, крепко держа его за руку. И тоже смотрела на меня так, словно я должен был дать ответы на все ее вопросы.
– Ну… – произнес Адрас. – Ты узнал, что хотел?
Я посмотрел на Орфу, которая щурила воспаленные веки и часто моргала.
– Это пройдет. Но тебе нужно поберечь зрение.
– Уже поняла, – улыбнулась она. – Мне снилось что-то связанное с глазами, но все очень смутно.
– И тебе не помешает отпуск. Смена впечатлений…"
"Хэл чуть пошевелилась, и в ее резковатом движении было явственно видно неодобрение моим словам, которые казались ей легковесными, словно дешевое предсказание.
Впрочем, в некотором смысле так и было. Но только в некотором.
– Рик. – Брат моей ученицы взглянул на меня своими удивительными разноцветными глазами, умными, внимательными, и я не нашел ничего лучшего, чем предупредить: – Будь осторожен на пробежках. Адрас, в твоем будущем я не увидел ничего особенного.
