– До того как его вычислили, он был свободным, бесшабашным, авантюрным. У него был свой собственный кодекс, свои правила. Он считал, что нет ничего лучше, чем обмануть мерзавца, погубить убийцу, мучить маньяка, обокрасть вора и запугать наглеца. Мне нравилось подражать ему. Нравилось чувствовать власть над спящими. Я получал удовольствие, сначала выполняя несложные поручения – наслать бессонницу на старого богатого родственника-выжигу, развить фобию у недобросовестного партнера по бизнесу, смешать сон с реальностью.
Это было захватывающей игрой. В которой я всегда выигрывал.
Я присел на край стола, глядя в пустоту прошлого, и продолжил:
– Я беспрекословно выполнял все его наставления. Я доверял ему, потому что знал – он меня спас. Если бы не Феликс, меня бы уже давно убили. Сбросили с крыши или просто остановили сердце во сне. А он – доверял мне. Всегда и во всем… Феликс стал работать меньше. Я был его прикрытием. Мальчишка-ученик, о котором никто не знал. Он научил меня заметать следы, вообще не оставлять следов в чужом сне.
Так что самый опытный сновидящий не мог обнаружить моего влияния. А потом все внезапно оборвалось.
– Значит, его раскрыли?
– И наказали. Заперли, ограничили возможность пользоваться даром."
"– Но если он был таким сильным, – страстно произнесла Хэл, требовательно глядя на меня, – как его смогли поймать?
– Предполагаю, что поймали не его, а меня.
– В смысле? – Она нахмурилась с глубоким недоумением.
– Я много думал об этом. – Я поднялся и прошелся по кухне, хотя она была слишком мала, чтобы вместить мое внезапное стремление к движению.
Хэл следила за мной, и ее глаза ярко блестели. – Он никогда не допускал ошибок. Вся система его работы была выстроена идеально. Она не позволяла возникнуть сбою ни при каких обстоятельствах. Даже его мир был совершенен. Но могло произойти так, что – ошибся я, оставив след своего преступления в его мире. Подставить его случайно. Не знаю как, но это могло произойти. Наша ментальная связь была очень сильной.
Эта мысль долгие годы не давала мне покоя. До сих пор не дает.
– Но про тебя не узнали?
– Нет. Он ничего про меня не сказал. Успел предупредить, и я уехал из этого дома. А он остался в руках Пятиглава расплачиваться за преступления, совершенные им самим и мной. Ты знаешь этот закон – учитель полностью в ответе за ученика. Что бы я ни сделал – по принуждению или по собственному желанию, – за все в итоге нес ответственность Феликс.
