Перед нами предстала настоящая каменная дорога, ведущая через оливковую рощу к золотым воротам. За ними возвышалась трехэтажная мраморная вилла, напоминающая небольшой дворец. Она широко раскинула две легкие колоннады, не имеющие никакой практической ценности, кроме декоративной. Двенадцать кариатид и атлантов поддерживали крышу портика переднего фасада. В полусферическом куполе, венчающем здание, было искусно проделано круглое отверстие, через которое внутрь лился дневной свет. Поместье было встроено в высотное здание.
– Ничего себе… – выдохнула потрясенная Хэл, когда мы остановились перед воротами, за которыми простиралась обширная территория. – Дом в доме.
Она подняла голову, глядя на небо, казавшееся здесь очень близким.
Я набрал код на сенсорной панели, и решетка беззвучно уехала в сторону.
Широкая дорога неспешно вела к центральному входу. Мимо проплывали статуи прекрасных нимф, танцующих на лужайке, небольшая рощица с резными каменными скамьями, круглая чаша фонтана и, что особенно впечатляло, – мраморная девушка, перепрыгивающая через спину разъяренного каменного быка.
Воплощение смелости, женственности, стремительности – и свирепой, животной силы.
Красная сныть росла здесь на клумбах, в вазонах и художественно оформляла подножия деревьев, а не заполоняла все с настойчивостью сорняка, как в моем дворе.
Ароматы осени, влажных цветов и сырой коры витали над нами. Птицы молчали, и глубокая тишина наполнила чашу сада до краев. Хэл жадно вдыхала запахи, неуловимо скользящие вокруг, и ее ноздри трепетали не хуже, чем у кота.
А глаза стали совсем светлыми.
Мы поднялись по гладким ступеням. Створки высокой деревянной двери, покрытой барельефами, сами разошлись в стороны перед нами и беззвучно закрылись за спиной.
– Здесь все на датчиках? – с полуутвердительной интонацией произнесла Хэл, оглядываясь.
– Для Аякса, чтобы он мог идти куда хочет в любое время.
В руках у мраморных мальчишек, стоящих справа и слева от входа, загорелись желтые раковины, хотя в этом не было нужды – ротонду, где мы оказались, наполнял свет, льющийся из круглого отверстия купола.
Точно под ним находился бассейн, в котором цвели поздние водяные лилии и белые ирисы.
– Ну почему я не залезла в его дом! – простонала Хэл, глядя на стены, выложенные разноцветным камнем.
– Не повезло, – отозвался я философски.
– Давай исправим эту ошибку и заберемся сюда вместе, – полунасмешливо-полусерьезно предложила она. – Пусть возьмет в ученики нас обоих. Или усыновит.
