Сумрачный денек за окном пригасил ее каштановые волосы, а темно-серый свитер грубой вязки казался срисованным с неба, затянутого фигурными тучами.
– Ну, что нового творится в мире? – спросил я, опускаясь на стул и подтягивая к себе блюдо с гренками.
– Крушение экспресса «Либ» произошло на юго-западном отрезке скоростной трассы, на участке между Доридой и Эпиром, – отчеканила Хэл голосом профессионального диктора. – Причины аварии выясняются.
– Когда? – Я налил себе кофе.
– Сегодня в шесть утра.
– Она пристально взглянула на меня из-под пышной челки.
– Сколько жертв?
– Пятьдесят человек с ожогами и травмами разной степени тяжести доставлены в больницы центрального Полиса, двадцать – мертвы… – Девушка захлопнула крышку планшета, гася экран. – У тебя подозрительно настороженный вид.
– Напоминает времена моей юности. Тогда все тоже начиналось с аварий, неожиданных сбоев в системе банков, ограблений, внезапных появлений на рынке некачественных медицинских препаратов.
– Я ничего такого не помню, – нахмурилась она.
– Это было шестьдесят лет назад.
– Сколько?! – Хэл едва не выронила кусок поджаренного хлеба.
– Шестьдесят четыре, если быть точным.
– Ясно. Генная модификация, – с легким вздохом произнесла она. – Как бы мне тоже хотелось… – Девушка осеклась и принялась сосредоточенно намазывать масло на гренок.
А я подумал, что до сих пор не удосужился узнать, как она жила прежде. Из какой семьи. Самое время побеседовать об этом сейчас. Но я не успел задать даже самого первого наводящего вопроса, как в соседней комнате прозвучала знакомая переливчатая мелодия.
– Твой телефон, – сказала Хэл и добавила, заметив, как я только что потянулся к блюду с хлебом: – Сиди, я принесу. – Быстро сбегала в нашу комнату для занятий и сунула мне под нос коммуникатор.
Я увидел имя Герард на экране, провел по сенсорной панели, принимая вызов, и ответил, прижимая плоский корпус плечом к уху:
– Да, Гер?
– Плохие новости, Мэтт, – прозвучал гулкий голос моего друга.
– Парень-борец умер вчера.
– Что произошло? – спросил я глухо.
– Твой дэймос постарался.
– Это из-за моего вмешательства?
– Нет. Твоей вины тут нет. Он был жив и здоров, когда Геспер начал воздействие. Креон добровольно согласился на сеанс, и сначала все шло нормально. А на пятой минуте у него остановилось сердце. Но повторю, твоей вины нет.
– Что ты увидел?
– Излечение от болезни, успех, достижения в спорте.
