– Нет, я и с места не сдвинусь, пока ты нормально не объяснишь.
Открывается дверь. Не центральная, а боковая, совсем незаметная. Я поворачиваюсь на звук и сталкиваюсь с до жути раздражающими синими глазами.
– Ты, – выдыхаю пораженно.
Тяжелая рука опускается на мою талию, сдавливает, а после резко заталкивает в помещение. Изо льда в огонь. Так это ощущается. Оказавшись в полутемной подсобке, невольно начинаю задыхаться. Близость Волкова едва ли помогает расслабиться.
Он с грохотом захлопывает дверь. Мы остаемся наедине.
– Выпусти меня, – требую я.
Тело прошибает пот. От напряжения мышцы сводит судорога. Под кожу будто раскаленные иглы вонзаются.
Взгляд Волкова пугает. Нет, мужчина и прежде смотрел на меня так, точно жаждал сожрать. Только теперь его захватнические порывы выглядят острее и сильнее во сто крат. В синих глазах полыхает настоящая дикость. Бешенство.
Зверь готов сорваться с цепи в любой момент.
– Глеб, открой дверь, – говорю я, но не уверена, что он меня слышит.
Волков склоняется и шумно втягивает воздух возле моей шеи, проходится носом от скулы до ключиц.
Не дотрагивается, просто очень тяжело дышит.
Он что, обнюхивает меня? Реакция хищника на добычу."
"Я пробую отступить, но упираюсь в стену. Оглядываюсь и понимаю, что здесь есть несколько дверей, выходит, тут нечто вроде прихожей. Однако это никак не спасает ситуацию, пути на свободу отрезаны.
Мускулистые руки крепче сжимают мою талию, буквально обвивают, оплетают стальными цепями.
Я отчаянно дергаюсь, но проще сдвинуть с места стену.
Волков не замечает моего сопротивления, скользит горящим взглядом по лицу, по горлу, по груди. Пусть я одета в теплый свитер, защищенной себя не чувствую.
Он разглядывает меня нагло. Грязно. Развязно. В своей фирменной манере. Так только этот гад умеет смотреть, заставляет чувствовать себя голой.
Я упираюсь ладонями в его широкую грудь, отталкиваю, но без особого успеха. Будто в металл врезаюсь. Стальные мышцы мигом сокращаются под моими пальцами, но мощное тело не сдвигается с места даже на миллиметр.
– Прекрати меня ощупывать, – бормочу возмущенно, напрасно пробую сбросить его руки, извиваюсь в безуспешных попытках освободиться.
– Ты продрогла.
– Что?
– Я хочу тебя согреть.
За невинными фразами явно скрываются совсем другие желания. Горячие пальцы ловко забираются под мой свитер и вынуждают взвизгнуть.
– Хватит, – царапаю его руки ногтями, лихорадочно дергаюсь. – Ты оставил на мне достаточно синяков.
