Мой приятель сказал, там подают отличные морепродукты.
Глава 5
– Жива? – спрашивает мужчина, освобождая меня от ремней.
– Д-да, – роняю, запнувшись.
– Ощущаю напряг.
И почему взглядом нельзя убивать?
Я выдыхаю только тогда, когда мы приземляемся, и то с огромным трудом. Тошнота подкатывает к горлу, желудок скручивается в морской узел. Хорошо, что я не успела ничего съесть, иначе бы меня точно вывернуло наизнанку.
Никогда не думала, что меня может укачать.
Пару раз каталась с родителями на яхте, летала на самолете.
Всегда без приключений. Но видимо вертолет оказывает другой эффект.
Вначале все было нормально, а может, сказался шок, в какой-то момент я даже наслаждалась зрелищем ночного города внизу. Но потом – накатило, прижало так, что лишний раз дернуться стало страшно.
– Укачало? – безошибочно разгадывает секрет Глеб Александрович.
– Немного, – отвечаю уклончиво.
Спазмы слабеют, однако муторное ощущение не проходит.
– Ничего, в следующий раз проведу полет гладко, – невозмутимо обещает мужчина.
– В следующий раз?
От этого поворота забываю про тошноту."
"– Держи жвачку, – он вкладывает упаковку в мою ладонь. – Возьми в рот – тебя мигом отпустит.
– Следующего раза не будет, – чеканю. – Я больше не сяду в кабину с человеком, который ничего не понимает в управлении вертолетом.
– Валяй. Тогда проведем неделю в столице.
– Мне завтра на работу.
Я выскакиваю из вертолета и чуть не падаю, колени слабеют, ноги подгибаются. Но этот гад действует молниеносно, подхватывает меня. Черт, да он только и ждет возможность облапать.
– Тебе пора сменить начальника, – бросает и взглядом буравит.
– Мой босс меня вполне устраивает.
– Я круче, – ухмыляется.
– Я и в страшном сне такое видеть не хочу, – заявляю с раздражением. – Я лучше уволюсь, чем начну на тебя работать.
– Такая категоричная, – в его глазах полыхают опасные искры. – Обожаю.
Обожает издеваться? Ломать?
Я сбрасываю его руки. Распаковываю жвачку. В самолет я брала леденцы, такой трюк помогает, чтобы уши не закладывало.
Тошнота отступает. Жвачка действительно помогает.
– Видишь? – заговорщически подмигивает мой похититель. – Рот занят – и сразу легче.
Я отправляю жвачку в ближайшую урну.
Проклятье. Почему абсолютно все его фразы кажутся такими пошлыми? Грязными. Развязными. Непристойными. В каждом слове ощущается некий подтекст. Может, я надумываю?
Нет. Этот его взгляд. Манера постоянно дотронуться, приблизиться вплотную. Он будто намеренно провоцирует. Играет в “горячо-холодно”.
