И плевать на повязки, на раны, на травмы. Зверь всегда остается зверем. Инстинкты у него животные. Это никогда не поменяется.
– Ты больше не будешь меня целовать, – заявляю твердо. – Никак.
– Валяй, – кивает он и широко ухмыляется. – Придумаем другой способ прощаться.
– Звучит как угроза, – хмурюсь.
– Обещание, – невозмутимо замечает Волков, а после склоняет голову к плечу и спрашивает: – Скажи, как дожить до завтра?
Я сомневаюсь, что мне вообще стоит опять сюда приходить. Но этот мужчина настолько ненормальный, что может и правда удрать из клиники.
Те верзилы его не остановят. Волков выберется отовсюду. Если не силой, так через хитрость.
Я легко могу представить, как он врывается в мою квартиру. Нервно мотаю головой, пытаюсь прогнать навязчивое видение.
– Я обещаю вести себя хорошо, – прибавляет Волков елейным тоном и прожигает меня взглядом.
Напряженная усмешка растягивает мои губы.
Ну да. Так я и поверила. Этот мужчина и “хорошо” два взаимоисключающих понятия.
– Отдыхай, – роняю коротко и спешу поскорее уйти из палаты.
В коридоре я наталкиваюсь на трех медсестер. Они собираются под палатой Волкова, будто ждут чего-то, и стоит мне выйти, как отшатываются назад.
– Вы чего здесь столпились? – раздается резкий вопрос.
Поворачиваюсь и вижу, как из лифта выходит еще одна медсестра, постарше. Она окидывает девушек тяжелым взглядом.
– Ну? – упирает руки в массивные бока. – На пятом этаже работать некому, а вы опять тут прохлаждаетесь. Да сколько можно? Быстро разошлись!
– Простите, Тамара Ивановна…
– Быстро! – обрывает она.
– Еще раз поймаю – вылетите отсюда как пробки, причем с такими рекомендациями, что даже в районную поликлинику не возьмут.
Девушки торопятся исчезнуть, не рискуют злить грозную медсестру, а меня одаривают ненавидящими взглядами. Такое впечатление, точно это я их отчитала и нанесла личную обиду.
– За таким мужиком глаз да глаз нужен, – вдруг обращается ко мне Тамара Ивановна. – Оглянуться не успеешь – уведут.
– Я не его девушка.
– Да? – смотрит на меня с таким видом, будто говорит “ну и зря”. – Но тебе виднее. Тогда со своей племянницей его познакомлю.
Дурдом. Такое чувство, словно все вокруг готовы драться за Волкова. Ценный приз, не иначе.
Я выхожу из больницы и направляюсь к своему авто, открываю дверцу. Вздрагиваю, когда меня отвлекает знакомый голос. Сперва кажется, я ослышалась, но оборачиваюсь, понимаю, ошибки быть не может.
– Привет, Дан, – нервно улыбаюсь.
