Едва я встретилась глазами со злобными красными глазками собаки, питбуль задрожал и отпустил мою юбку.
Присев на задние лапы, пес попятился.
А затем поджал хвост и побежал к дому, испуганно поскуливая и подвывая, как будто жалуясь.
Вернувшись к беседке, я налила в блюдечко молока, которое котеныш принялся лакать так жадно, как будто не ел пять дней кряду.
А я смотрела на него и о чем-то думала.
Ты не так прост, мой лунный малыш…
– Это еще что за приблудыш? – послышался недовольный голос Фиги. – А ну, пшел отсюда!
И она хотела пнуть котенка ногой!
Я подхватила малыша и прижала к себе.
Не знаю, почему, но когда я держала его маленькое теплое тельце на руках и смотрела в его золотистые глаза с двумя черными лунами, то чувствовала себя спокойно и хорошо.
От него как будто исходили волны теплой, родной энергии.
– Это ты пшла отсюда!
– Что?!
– Я сказала, что вы уволены без выходного пособия и рекомендаций, мадам Фигги, – с показной вежливостью процедила я. – Глухотой страдаете?
У домработницы аж лицо вытянулось.
Многие мечтали попасть на работу в дом к Кайзеру Роуэну, эта должность считалась почетной, помимо этого он всегда платил весьма и весьма щедро…
Я видела по лицу Фиги, что в ней сейчас идет самая настоящая борьба – с одной стороны ее корежило при мысли, что придется подчиниться мне.
Какой-то там недалекой девчонке, которую сам муж в грош не ставит.
Но с другой стороны она не хотела потерять место в доме инквизитора…
– Простите, госпожа Роуэн! Простите, ради бога! Я сразу не поняла, что зверек ваш! – запричитала женщина.
– Не увольняйте меня, умоляю!
Как же ей тяжело далось это «госпожа Роуэн», прям перекосило всю.
– Хорошо, – легко согласилась я. – Даю вам последний шанс. Но еще хотя бы одно замечание – и вылетите из этого дома, как пробка. И да, кстати, помимо всех запланированных на сегодня дел, сходите на рынок, купите и приготовите коту еды. Он должен питаться хорошо и сбалансировано. Не так ли, мадам Фигги?
Женщина отвела взгляд.
– Да, чтобы расти, ему, конечно, нужны витамины... леди Роуэн.
– Вот и славно, что вы это понимаете, мадам Фигги.
Вежливо улыбнувшись домработнице, я с котенком на руках покинула беседку.
ГЛАВА 23
Комната Максимилианы просто вопила о дурном вкусе. Хозяйка хотела сделать ее аристократической и роскошной спальней, «как в лучших домах Парижу», но явно перестаралась, сотворив аляпистое безобразие.
Кровать в центре возвышалась, как трон.
