Для чего довольствоваться квартирой, когда можно получить гораздо больше? Например, все.
«Как продвигаются дела? — печатаю я Серджио. — Есть новости?»
Не знаю, что именно заставляет меня в этот же момент оторвать взгляд от экрана и посмотреть в сторону барной стойки. Возможно, аромат жасмина и белой розы, наполнившей воздух. Любимые духи моей мамы.
Под учащающееся сердцебиение я наблюдаю за стройной фигурой с белом брючном костюме. Женщина прикладывает карту к терминалу, после чего грациозно опускается за стол.
Я не могу ни вздохнуть, ни выдохнуть. Это точно она. Ее волосы стали темнее, она немного поправилась, но в остальном мама почти не изменилась.
— Ваш салат и бефстроганов, — откуда-то издалека доносится голос официанта. — Кофе сейчас принесу.
Я же не могу оторваться от наблюдения за человеком, которого не видела много лет. После того, как я выбрала остаться с отцом, мама не предприняла ни единой попытки встретиться. Лишь однажды поздравила с днем рождения, а после перестала делать и это.
Наверное, решила, что так будет комфортнее для всех. А мне все равно было больно и обидно.
Мой взгляд переключается на официанта, забирающего со стойки поднос с двумя чашками. Одну опускает перед ней, вторую несет мне. Ей понадобится максимум минут пять, чтобы выпить кофе, после чего она снова исчезнет. Хочу ли я этого?
Я судорожно сканирую себя в поисках ответа. Чего я хочу на самом деле? Не видеть ее ближайшие лет пять-десять до очередной случайной встречи, или прямо сейчас подойти и заговорить? Хотя бы просто поздороваться.
Эта женщина в конце концов подарила мне жизнь. Стоит ли продолжать и дальше делать вид, что ее не существует?
Я соскакиваю с места так резко, что стоящая на столе посуда начинают звенеть. Шум привлекает внимание посетителей, и моя мать оказывается не исключением. Вскинув голову, она смотрит прямо на меня и по мере узнавания ее глаза расширяются.
«Привет», — выговариваю я одними губами и, в очередной раз неловко задев стол, решительно направляюсь к ней.
41
— Привет, — повторяю я уже вслух, жадно вглядываясь в такое знакомое и незнакомое лицо. Когда мама съехала от нас, ей было немногим больше тридцати. Добавилось немного морщинок в уголках глаз, губы и щеки пополнели и взгляд стал другим… В нем читается опыт.
— Здравствуй, Линда. — По тому, как взвивается ее голос, становится ясно, что я не одна волнуюсь. — Неожиданная встреча. Присядешь?
Я киваю и машинально опускаюсь в кресло напротив.
