Свобода? Да кому она нужна, если не имеешь ни сил, ни времени ей распорядиться? Вся моя жизнь с момента нашего расставания — это гонка за выживание.
— Извините… — Родион тоже собирается что-то спросить у сотрудницы, и так же застывает, когда видит меня.
На его щеках загорается румянец, в глазах мелькает замешательство, быстро сменяющееся холодностью.
— Привет, — сухо произносит он, задержавшись взглядом на моей корзине. — Тоже тут?
Потерянно улыбнувшись, я киваю. Мол, да, тоже тут. В груди болезненно тянет. Ясно, что не он обязан смотреть на меня как раньше, ведь мы давно не вместе, но все же… Лед в глазах когда-то близкого человека сейчас особенно ранит.
Наверное, потому что я осталась совершенно одна.
— Макар сказал, ты с подносами ходишь. — В голосе Родиона нет презрения, только снисхождение и, быть может, толика сочувствия. Мол, ну что, малышка, стоило оно того?
— Уже нет. — Я заставляю себя удерживать его взгляд. — Сейчас я временно без работы. Но не переживай, как-нибудь устроюсь. Все-таки полгода суровой реальности сослужили добрую службу: мне удается не дрогнуть и даже слегка съязвить.
— Я и не переживаю, — моментально кривится Родион. — Меня твоя судьба вообще не парит.
Покрепче сжав корзину, я позволяю себе улыбнуться. Он так по-детски пытается меня укусить. Да, определенно эти полгода не прошли для меня даром. В чем-то я стала озлобленной и циничной, зато научилась не размениваться на игры и фальшь.
Несмотря на то, что мы намеренно расходимся по разным кассам, супермаркет мы покидаем практически друг за другом.
Не оборачиваясь, Родион идет в своей машине, на пассажирском сидении которого его ожидает блондинка.
Я глубоко дышу. Ну а как иначе? Он красивый обеспеченный парень. А еще очень теплый и хороший. Его жизнь не обязана была заканчиваться после нашего расставания. Каждый по итогу получает то, что заслужил.
Наши взгляды снова встречаются — на это раз через боковое стекло его Порше, после чего Родион запускает ладонь в волосы блондинки и, притянув к себе, целует.
— Эй, малая!
Дернувшись, я резко оборачиваюсь. Машина Севера стоит в каком-то полуметре от меня. Из-за бешеного стука сердца мне не удалось расслышать хруст автомобильных шин.
— Хватит на него таращиться. Давай садись.
13
— Зачем я вообще к тебе села? — бормочу я, сосредоточенно поправляя пакет с провизией у себя под ногами. — Дом через дорогу находится.
— Потому что не хотела и дальше смотреть, как твой бывший жених обсасывает рот какой-то чайке.
