Продолжить диалог не получается, так как из глубины дома доносится приглушенный шум.
Вскинув указательный палец с просьбой о тишине, я пытаюсь различить его направление.
— Прямо и налево, — опережает меня Шаман. — Живым его будем брать?
Я киваю. Тайсона, за все что он ей сделал, собираюсь душить голыми руками. Сегодня он пожалеет не только о сделанном, но и о том, что на свет родился.
61
— Ты иди наверх, проверь, как там Линда.
Поймав скептический взгляд Шамана, поясняю:
— Ей нельзя долго одной. Она много крови потеряла.
А с ним я сам разберусь.
Он решает не задавать лишних вопросов: мол, откуда кровь, и почему сразу не сказал, и, помешкав разве что мгновение, бегом устремляется к лестнице.
Проверив пистолет, я направляюсь к источнику шума. За углом по коридору обнаруживается еще одна дверь, толкнув которую, я вижу Тайсона. Этот решил слиться без шума, судя по тому, как отчаянно вскрывает дверной замок. У нас с Шаманом не было времени обойти дом и выяснить, имеется ли в нем запасной выход. А он, оказывается, есть.
— Ты всерьез думаешь, что получится съебаться? — рявкаю я. — Только куда?
Возня моментально прекращается. Животный страх Тайсона заметен даже со спины. Убедившись, что рядом с ним нет ствола, я ставлю свой на предохранитель.
— В другую страну, если только. Потому что тут я тебя везде достану.
Тайсон медленно оборачивается. Рот кривится, глаза полны паники напополам с ненавистью.
— Ты облажался так же, как и я, — сипит он. — Нет у нее бабок. Дочура кидалой оказалась еще похлеще отца.
Тупой еблан. Он ведь даже мысли не допускает, что я здесь не ради денег. Не зря мы никогда не могли найти общий язык. Все потому что он у нас разный.
— То есть теперь с тебя и взять нечего? — притворно удивляюсь я. — Ну тогда пиздуй на все четыре стороны, конечно.
Не знаю, успевает ли он поверить моему предложению, потому что уже в следующую секунду я спешу его разочаровать.
— С удовольствием вышиб бы тебе мозги, но я не получаю удовольствие от убийств. Поэтому просто измордую тебя до полусмерти, а потом отвезу к пацанам.
Будешь до конца жизни якшаться с сявками вроде тех жмуриков. — Я киваю себе за спину.
— Так ты это ради нее, что-ли, пыхтишь? — Лицо Тайсона искажается неверием. — Ради дочери твари, из-за которого твоего отца подорвали? И столько наших пацанов полегло? Неужто так сладко подмахнула?
Перед глазами опускается красная пелена, в ушах ревет. Он себя праведным мстителем возомнил? Она же умереть могла из-за него, суки.
