«Север», — успеваю беззвучно прошептать я перед тем, как Андрей увлекает меня за собой.
Будь на моем месте героиня киношного боевика, она бы наверняка действовала более эффективно. Для начала не села бы добровольно в машину Андрея, а если бы и села, то обязательно нашла бы способ вырваться. Выпрыгнула бы на ходу или применила удушающий бы захват, тем самым обезоружив похитителя. И завидев знакомое лицо, точно сумела бы получить помощь.
Закономерно, что меня никогда не приглашали сниматься в кино.
Я проявила себя самонадеянной идиоткой, решившей, что криминальный мир ей по зубам. Трусливой идиоткой, которая в критической ситуации полностью утратила способность действовать и соображать.
— Залезай, — цедит Андрей, толкая меня к пассажирской двери. — Быстро.
Машинально прикрыв ладонью занывшее предплечье, я забираюсь на задний диван, на который следом плюхается тот, кого называли Рыжим. В нос ударяет грубый мужской запах: табака, пота и бензина.
Ощутив прилив тошноты, я максимально придвигаюсь к противоположной двери.
— Ты чего такая стеснительная, — ухмыляется он, в очередной раз обшаривая меня взглядом. — Нам с тобой еще ночь коротать. А то и не одну."
"Проглотив набежавшие слезы, я отворачиваюсь к окну. Грудь ломит от участившихся вздохов, руки трясутся. Я полностью утратила контроль над своим моральным состоянием.
— Эй, ты чего там устроила? — доносится до меня ворчливо-раздраженный голос Андрея. — У тебя истерика, что ли? Ну-ка успокойся.
В ответ из горла вылетает протяжное всхлипывание. Плотину прорывает. Дрожа и раскачиваясь, я начинаю рыдать без остановки. Мне страшно, страшно до смерти. Отец далеко, маме плевать, Север… На этот раз Север может не успеть. Меня изнасилуют эти бандиты… Или убьют. Они больше звери, чем люди. Ошибкой было думать по-другому.
— Поистерит и успокоится, — равнодушно хмыкает тип на переднем сидении в подтверждение моих мыслей. — Ехать-то осталось минут сорок.
— Может, баню кстати затопим? — подхватывает Рыжий.
— Веники вроде были.
Придвинувшись ближе, он опускает ладонь мне на колено и сдавливает. Взвизгнув, я крепче вжимаюсь в обивку двери. Помимо пота от него разит похотью.
— Хватит рыдать, красотка. Сейчас пивка накатим и попарим тебя от души.
56
Место, куда меня привезли, напоминает заброшенную дачу: посреди двора, поросшего сорняками, стоит покосившийся парник, у входа — ржавый мангал.
— Заходи и располагайся.
