Небольшие бутерброды, канапе, свернутые в рулетики копчености, маленькие (на пару укусов) пирожки и булочки. Но было всего этого добра много. Студенты – народ прожорливый, сколько их ни корми, они вечно голодные. Судя по всему, руководство ВШБ об этом хорошо знало.
К назначенному часу зал был полон. Собрались адепты всех курсов и преподаватели в полном составе. Девушки демонстрировали наряды и драгоценности, привезенные с собой из дома. Парни тоже принарядились, сменив потертые колеты на сюртуки, камзолы или тканевые жилеты, а удобные сапоги на туфли.
Я в своих джинсах выглядела белой вороной на фоне девиц разных рас, разряженных в длинные платья. Но надевать юбку я не хотела категорически. Джинсы у меня хорошие и выгодно подчеркивали фигуру, а приобретенная здесь юбка была совсем простой, скучной и длинной. В ней только на лекции ходить.
На меня поглядывали с неодобрением, так как мало кто знал о моем бедственном финансовом положении, а я делала лицо «кирпичом», словно так все и задумывалось.
Мол, вы как хотите, а мне удобнее в брюках.
Правда, непосредственность некоторых убивала.
– Кир, а ты чего не стала наряжаться? – прогудел Карел и протянул мне блюдце с пирожками.
Учитывая, что говорить тихо он не мог в принципе – что не удивительно, с таким-то голосом – услышали его вопрос многие и повернули к нам головы.
– Карел, ну хоть ты на мозг не капай! – цыкнула я с досадой. – Нет у меня ничего, кроме этих штанов и одной юбки. И давай закроем эту тему.
Приятель тоже принарядился в честь праздника: надел светло-коричневый сюртук с бежевой отделкой, а сапоги сменил на полуботинки на шнурках.
– Нет уж, погоди! – не согласился он. – Почему ничего больше нет? И почему ты в таком случае ничего не купишь?
– Ты издеваешься? – прошипела я. – На какие шиши?
– Э-э… А что такое «шиши»?
– Каре‑э-эл, – почти простонала я. – Ты другого времени не мог выбрать для этого разговора?
Кто-то из стоящих неподалеку девушек фыркнул, но мой друг оказался либо абсолютно непробиваемым, либо совершенно бестактным.
Он стоял, смотрел на меня, хлопал своими длиннющими ресницами и ждал пояснения.
Пришлось тихо описать ситуацию и то, почему у меня нет ни одной лишней вещи и ни единого медяка на покупки.
– Так продай что-нибудь ненужное, – пожал он плечами.
– Например? – подняла я брови. – Что ты видишь на мне ненужного?
– Обереги, например. Зачем тебе столько? Оставь парочку самых необходимых, остальные продай. А себе потом другие сделаешь.
