Может, удастся его уговорить сходить со мной? Наше знакомство, конечно, было не так чтобы радостным, но это ведь ерунда, правда? Федьки не было, и где искать его, я не представляла. Впрочем, этого следовало ожидать. Ведь ректор сказал, что парень отвечает за меня до распределения, а оно уже произошло. Я загрустила и пошла в свою комнату.
Лолина со зверским выражением лица распихивала вещи в шкаф. На ее письменном столе высилась гора тетрадей, карандашей и прочей мелочи. Даже котелок стоял. Обычный такой чугунный котелок, с какими туристы ходят в поход.
Я вздохнула. Лола не отреагировала. Я еще раз протяжно вздохнула, уже громче.
– Иди отсюда, не нервируй меня! – злобно бросила мне соседка. – Тебе, кажется, нужно было покупать тетради, вот и топай.
– Грубиянка! – огрызнулась я. Потом осмотрела комнату и спросила: – Мы уборку как будем делать? Ты что выбираешь мыть, окно или пол?
– Спятила? – фыркнула Лолина. – Не собираюсь я ничего делать. Еще не хватало, чтобы я окна и полы мыла. Тебе надо, ты и мой.
– Лола‑а‑а! – Я начала злиться. – А ничего, что это наша общая комната?"
"– Это просто недоразумение! Комната номер тринадцать была забронирована для меня. Это счастливое число дерханов. Здесь жили мои сестры, когда учились в ВШБ. У меня вообще не должно было быть соседки. Еще не хватало, чтобы дерхана жила с… – Она окинула меня мрачным взглядом, но предложение не закончила.
Я скрипнула зубами, но потом вспомнила, что собиралась укрощать строптивую девчонку, и медовым голосом спросила:
– Лола, я правильно понимаю, убирать комнату ты не собираешься?
– Я не уборщица! – отрезала девушка и сердито забросила в шкаф какую-то синюю одежку.
– И вообще! Вот эта часть со шкафами и входной дверью – общая, так уж и быть.
Она прошла до невидимой линии, проходящей от шкафчика на ее стороне комнаты до книжного стеллажа на моей стороне. Я, наклонив голову, смотрела на нее.
– А остальная часть делится на две половины. Здесь моя территория, – брюнетка показала рукой на свои кровать и стол.
– А здесь – твоя. И не смей лезть на мою половину и к моему столу. Тут – граница! – Лолина прочертила рукой воображаемую линию строго по центру комнаты. Эта невидимая линия проходила по центру ковра и окна и делила часть комнаты с кроватями и столами на две равные половины.
– Как скажешь, дорогая, – улыбнулась я, взяла список того, что надлежало купить, и ушла. Культурно ушла, даже дверью напоследок не хлопнула, хотя хотелось.
