И правильно, все равно ведь меня не переругаешь.
Глава 3
О новом месте обитания и первых знакомствах
По пустым темным коридорам мы дошли до широкой лестницы и спустились на первый этаж. Попали в огромный холл, в центре которого стоял большой глобус и неярко светился. Правда, когда мы приблизились, я рассмотрела, что на глобусе вместо очертаний материков, морей и океанов – книжные корешки. Некоторые из них светились более ярко, некоторые бледнее, а часть вообще были темными.
– Федь, это – что? – подергала я за рукав своего спутника.
– Символ ВШБ и заодно Межреальности. Вам на первом курсе все будут рассказывать, – смирившись с моим присутствием, уже почти спокойно пояснил парень.
Я еще успела осмотреть холл. Потолок терялся где-то в вышине, а монолитные стены шли только до середины пространства, уходящего вверх. Примерно на уровне второго этажа они обрывались и переходили в колонны, подпирающие свод. А за колоннами располагался своего рода балкон, опоясывающий холл с трех сторон.
Наверное, оттуда очень удобно смотреть, что же происходит внизу.
Из холла вправо и влево уходили два коридора, а его стены покрывала мозаика, такая же, как в той башне, в которую мы первоначально угодили. Создавалась иллюзия, что вдоль стен стоят стеллажи, плотно заставленные книгами. К одному из этих мозаичных стеллажей даже была прислонена стремянка. Уж не знаю для чего, но именно она придавала законченный вид стилизации под библиотеку.
Наконец мы вышли на улицу. Стояла глубокая ночь, что странно.
Вероятно, время здесь отличается от земного. Небо походило на черный бархат с яркими россыпями самоцветов, так как далеко не все звезды были белыми. Некоторые отливали голубым цветом, другие светились нежно-розовым, видны были и сиреневые, и даже красные точки. Красиво! Потом я перевела взгляд дальше и споткнулась."
"– Обалдеть! Три луны! – прошептала, не обращая внимания на насмешливое хмыканье Феди.
Спутников у этого мира действительно было три. Самая большая и яркая светилась белым цветом, почти как наша Луна.
Вторая, немного поменьше диаметром, была голубой. А последняя луна была в два раза меньше средней и сияла нестерпимо холодным сиреневым цветом.
– Белая – Селина. Голубая – Блуми. Сиреневая – Лаванди, – пояснил Федя, не дожидаясь моего вопроса.
Он подцепил меня под локоть и потащил в нужном направлении, поняв, что иначе мы и до утра не доберемся до общежития. А посмотреть было на что. Вокруг расстилался парк.
