Но пять лет назад мимо проезжал маркиз Крантерлот, столичный щеголь, легко запудривший мозги вдовой баронессе Ярдвирг. Он обещал красивую жизнь, балы и любовь, а также снять с плеч хрупкой женщины всю ответственность за дочерей и их имущество. И она поверила. Свадьба была скромной, ее проигнорировали многие соседи, считая, что вдова слишком быстро выскочила замуж. А дальше — подпись на доверенностях, и вот уже маркиза Крантерлот наблюдает, как быстро пустеет ее банковский счет."
"Дом в столице, куда маркиз привез супругу с падчерицами, оказался совсем не так шикарен, как предполагалось.
Он требовал серьезного ремонта, а деньги тратились на новую мебель и отделку шелком стен. К тому же, как выяснилось позже, принадлежал он не самому маркизу, а его дорогой дочери золотце-Зоуи, достался в наследство от дедушки по материнской линии. Складывая по кусочкам разные сведенья, я поняла, что первый тесть маркиза держал того в ежовых рукавицах, не позволяя разбазаривать деньги.
А вот после его смерти...
Поверенный показал мне, где в кабинете лежат счета и примерно объяснил соотношение цен, и я была шокирована расточительной жизнью супруга. Имение Первероуз за год приносило меньше денег, чем маркиз тратил на свои наряды за сезон, да и Зоуи он ни в чем не отказывал. А найденные в отдельной стопочке скромные счета за наряды Патрисии и Флоренс подтвердили, что дочерей супруги маркиз держал в черном теле. Причем, счета за наряды Зоуи на баснословные суммы подписывал супруг, а скромные счета на содержание своих дочерей — Матильда, подтверждая, как интересно в этой семье распределялись доходы и расходы.
«Твои деньги — наши, а твои дочери — твои, содержи их сама». Отец создал еще один повод недолюбливать Золушку.
Неудивительно, что благодаря такому расточительству личные деньги маркиза, и полученные после женитьбы на баронессе Ярдвирг, быстро закончились. А дальше начались долговые расписки.
— После продажи коллекции картин, всех лошадей, кареты и еще кое-какого движимого имущества, некоторых украшений и расчета части слуг, удалось погасить большую часть долгов вашего супруга, — нервно потирая платком лысину, продолжил поверенный.
— К сожалению, леди Зоуи не согласилась расставаться с материными драгоценностями, платьями или частью мебели, а, так как дом принадлежит ей, то без ее разрешения мы не можем ничего продать и окончательно закрыть долги.
