Такие истории были на земле в разных культурах и с разным финалом.
— Может, она понимала, что никакие клятвы не способны удержать человека, если он захочет? И верила в его любовь? — предположила я.
В ответ на мое предположение Ванесса возмущенно фыркнула.
— Матушка, — сбоку ко мне подбежала Зоуи с каким-то взволнованным лицом, она подозрительно покосилась на Ванессу и Грегори и замолкла.
— Извините, — улыбнулась я и, взяв дочь за руку, отступила в сторону: — что случилось?
Зоуи заставила меня чуть наклониться и быстро зашептала на ухо:
— Патрисия пошла второй раз танцевать с тем же кавалером.
Второй раз подряд! — она сделала большие испуганные глаза и кивнула на паркет, где Трис опять стояла рядом с мужчиной в костюме палача.
— Может, это другой? Я таких костюмов уже штуки три видела среди гостей, — протянула я растерянно.
— Нет, это тот самый, — заставив меня наклониться, она опять шепнула в ухо: — это принц Леон, я узнала его по шраму на запястье, когда он приглашал Трис.
— Ох, ты ж! — зло прошипела я.
-------
Экспериментировала с нейросетями, пытаясь изобразить наряды героинь, в которых они пошли на бал. Примерно так я вижу Патрисию:
Изображение Флоренс уже в моей группе в ВК (ссылка в авторском профиле), там же будут другие картинки и дополнительные материалы.
Глава 100
Матильда
— Что-то случилось? — вежливо спросил Грегори, когда я подошла обратно к нему, отпустив Зоуи к ее компании. Хорошо, что он избавился от Ванессы, а то в нервном напряжении я бы ее не выдержала и что-нибудь ляпнула бы.
Я задумчиво оглядела зал, высчитывая, когда завершится танец, а потом покосилась на Грегори. Он действительно выглядел заинтересованным и взволнованным и, в свете того, сколько он уже знал о разных неприятностях моих дочерей...
— Ты не мог бы сделать мне одолжение? — спросила я.
— Конечно, — с готовностью повернулся ко мне Грегори с очень серьезным видом, будто прямо сейчас готов бежать и, например, покупать мне табун лошадей в подарок.
Я шагнула к нему ближе и, подхватив под руку, зашептала:
— Нужно провернуть что-нибудь серьезное, что-нибудь, что отвлечет всю охрану, которая есть в зале.
— Зачем? — ахнул Грегори.
— Чтобы они не среагировали, когда я буду таскать за ухо одного наглого принца, который решил, что ему позволено компрометировать мою дочь, — зло прошептала я, а потом, не выдержав, рассмеялась и выпрямилась. — Не обращай внимание, у меня странный юмор.
Но Грегори уже понял, посмотрел на танцующую с человеком в красном Патрисию.
