Пока я говорила, муж молчал, поглаживая подбородок, заросший темной короткой щетиной, а потом спросил:
— Вы никого не видели рядом с комнатой?
— Нет, но мне кажется, что ею регулярно пользуются, — ответила я, решив пока ничего не говорить мужу о сестре. Нельзя оговаривать человека, руководствуясь одними домыслами.
— Вы правильно поступили, что рассказали об этом, — Леон поднялся и подошел ко мне. — Только я попрошу вас — больше не ходите туда. Я запрещаю. Вы поняли, Рианнон?
— Да, я больше не стану ходить в подвал, — пообещала я.
— Но ведь мы не можем все так оставить?
— Мы? — герцог недовольно выгнул бровь. — Я же сказал вам, герцогиня, чтобы вы больше не лезли в это дело. Я сам разберусь с тем, что творится в моем замке. Нельзя спугнуть тех, кто устроил это прямо под моим носом. Рианнон, вы услышали меня?
— Да, ваше милосердие, — ответила я, понимая, что не стоит лезть на рожон. — Я услышала вас.
Он вдруг схватил меня за руки и резко поднял.
— Рианнон, это очень серьезно. С этим не стоит шутить.
— Я понимаю, — со всей честностью, на какую была способна, ответила я. — И не собираюсь идти против вашего слова.
— Хорошо, что вы понимаете меня, — Леон вроде бы был ласков, но я видела, что он напряжен, и все его движения стали резкими и порывистыми. — Я распоряжусь, чтобы в замке усилили охрану.
— Вы вернетесь к своему празднику? — с надеждой спросила я, и Леон мягко рассмеялся.
— О нет… — это случится примерно через рундину. — До Вертунга дня три при попутном ветре, дорогая.
Поэтому вам придется праздновать мой день рождения без меня.
— Это не очень хорошая новость, — я поднялась и протянула ему руки. — У вас еще есть время?
— Да, а что вы хотели? — герцог взял мои пальчики и улыбнулся.
— Может, нам стоит попрощаться как мужу и жене? — я подняла глаза и увидела на его лице удивление.
— Что вы мне сейчас предлагаете?
— Вы прекрасно меня поняли.
Мне больше не хотелось играть в игры. Жизнь была такой непредсказуемой, такой резкой в своих поворотах, что не хотелось потом сожалеть о том, чего не случилось.
Мы должны были стать семьей, и нет смысла тратить время на реверансы…
Даже после того, как муж уехал, я помнила вкус этих жадных поцелуев, стук его сердца и прерывистое дыхание. Все когда-то бывает впервые. Вот и эти ощущения, несмотря на прошлые отношения, я испытала впервые. Все, что было раньше, теперь казалось лишь тенью страсти, нахлынувшей здесь и сейчас со стремительностью лавины.
